Серьга Артемиды

Там все нарядные, прибранные, на каблуках высоченных и в брильянтах.

– И стоят где-нибудь, – добавил Валера. – Как стадо. Стоят и стоят. Стаканы в руках держат.

– Это называется фуршет, – пояснила Марина. – Слушайте, о чем мы говорим?!

– Так это! О Женьке.

– Она собирается на следующий год опять поступать в театральный. А в этом году работать и учиться.

– Кем работать-то?!

– Кем угодно, – сказал Липницкий. – Курьером.

– Это сколько ж она заработает?!

– Ничего не заработает.

– А зачем тогда работать?

– Вы не понимаете! – сказала Марина с чувством. – Как зачем?! Чтобы она пожила именно так, как ей хочется! В Москве и… свободно!

– Вот именно, – буркнул Валера. – Кто ее потом замуж возьмет со свободой этой? Одни ведь разговоры, что сейчас молодые напропалую друг с другом живут! Они, может, и живут, конечно, только ни один порядочный парень на такой, пожившей, не женится никогда!

– Подождите, – Марина сбилась. – Замуж ей рано.

– Так отец про то говорит, что неизвестно, чего она там наживет, в Москве этой!

Марина посмотрела на Липницкого. Ей требуется поддержка тяжелой артиллерии, он что, не видит?

Он все видел.

– Мы думаем, что ей необходимо попробовать, – вступил он, – сделать, как она считает нужным. Курьер или не курьер, какая разница! Она ни на какой работе сейчас ничего не заработает! Но пусть хоть попробует! Поживет одна, поснимает углы, побегает на курсы!

– Так ведь не углы снимает, небось, а на всем готовом у вас проживает!

– Резонно, – согласился Липницкий. – Тут ты прав, Валер. Но это же временно! Восстановит документы, устроится на работу и съедет.

– Я ее выставлю, – пообещала Марина. – Чтоб все по-честному.

– Ну да, – кивнул Липницкий. – Чтоб чистоту эксперимента не нарушать.

– Для вас эксперимент, – сказала Татьяна, – а для нас дите родное, глупое.

– Да вот именно – глупое, – нетерпеливо перебила Марина. – Наша Настя тоже недалеко ушла, знаете ли! Весь год нам житья не давала, почему мы нужными знакомствами не обзавелись, чтобы ее в институт устроить!

– А вы тоже, выходит, не обзавелись? – уточнил Валера.

– Нет.

– Ничему они не научатся, если мы будем все время страховать! То есть мы не против, но только если им нужно! А им не нужно, они уверены, что все сами могут! И прекрасно, и пусть!

– Ну, пусть, конечно, – сказала Татьяна. – Только уже больно страшно.

Помолчали. Черри на пороге беседки коротко и быстро дышала. Вдалеке диктор читал по радио новости. Где-то визжала электрическая пила. Тонкий голос прокричал нараспев: «Де-еда! Бабушка сказала муки взять!»

– Ну какая ж благодать, – не выдержала Татьяна. – Вот чего лучше? Ничего ж нету! Сейчас цветы вовсю пойдут, потом сирень, жасмин. Розы!

– У вас розы? – встрепенулся генерал Липницкий.