Королевство серебряного пламени

К тому времени, когда Неста и Эрис закончили первый тур, Кассиан все сильнее ощущал, что Элайна даже недооценила способности сестры.

Музыка прожигала Несту насквозь.

Неужели где-то еще существовали такие же совершенные и в то же время не лишенные первозданной страстности звуки? Музыка из воспоминаний Мор, передаваемая Веритасом, не шла ни в какое сравнение с этой, исполняемой живыми музыкантами. И сам танец под живую музыку воспринимался по-другому. Звуки окружали ее, как вода, проникали в кровь. Если бы она смогла, то растворилась бы в звуках, став грохочущими барабанами, высоко парящими скрипками, перезвоном цимбал, трубами и выводящими трели флейтами."

"Неста чувствовала, что ей не вместить все эти звуки и рождаемые ими ощущения. Ее разум, сердце и тело были тесны для этого, и единственным способом воздать должное волшебству музыки был танец.

Эрис, надо признаться, был прекрасным танцором.

Кружась по залу, он ни разу не взглянул в сторону. Только на нее, на ее гибкое тело, само звеневшее, как струны арфы. Его рука все крепче обнимала ее за талию, пальцы упирались в ложбинку спины. Неста отвечала легкой улыбкой, чуть раскрывая щедро накрашенные губы.

Неста редко красила губы и никогда не выбирала слишком яркие оттенки. Сейчас ее губы казались воплощением греха. Но помада была выбором Мор. Она же густо подвела Несте веки. Взглянув в зеркало, Неста не узнала себя.

Оттуда на нее смотрела Королева ночи. Безжалостная, холодная и прекрасная, какой ее хотел сделать бог Лантис. Супруга Смерти.

Нет. Сама Смерть.

Эрис убрал руку с ее талии. Неста закружилась, поспевая за каскадом звуков. Кружение длилось несколько секунд, после чего мелодия обрела прежнюю плавность. Их глаза снова встретились. В глазах Эриса сверкало пламя. И вдруг он снова ее закружил. Это выбивалось из общей картины танца, но Неста послушно закружилась, ловя его взгляды. Подол ее платья превратился в шелковый вихрь.

Эрис одобрительно изогнул губы. Неста прошла его испытание.

Она усмехалась, заставляя глаза сверкать. «Заставь его ползать перед тобой», – говорила Мор. Она заставит.

Но сначала она вдоволь натанцуется.

Кассиан хорошо знал этот танец. Веками его танцевал и смотрел, как танцуют другие. Танец имел особенность: за полминуты до конца музыка превращалась в бешеную лавину звуков, несшихся вверх. Большинство танцоров продолжали двигаться в обычном ритме, и только самые смелые отваживались на двенадцать вращений. Нужно было не просто кружиться, а одновременно двигаться вперед. Вращение удавалось не всем. В лучшем случае такая женщина выглядела дурочкой, в худшем – с размаху падала на пол.

Неста согласилась попробовать.

Эрис ее поддержал. Его глаза сверкали наслаждением хищника.