Королевство серебряного пламени

Неста обладает силой Котла, а значит, все, что она создает и наделяет своей силой, становится новой Сокровищницей. Я бы поостереглась даже есть поджаренный ею хлеб.

Собравшиеся смотрели на оружие, к которому прикоснулась сила Несты.

– Ради такой силы многие пойдут на что угодно, – сказал Азриель. – Убьют либо ее, чтобы все прекратилось, либо нас, чтобы похитить Несту.

– Неста создала новую Сокровищницу, – повторил Кассиан, подавляя гнев, вызванный правдивостью слов Азриеля. – Она способна создавать что угодно. – Он кивнул Ризу. – Она могла бы наполнить наш арсенал оружием, с которым мы победим в любой войне. У Бриаллины, Косфея и Берона не останется шансов на победу.

– Потому-то Неста и не должна об этом знать, – заявила Амрена.

– Почему? – спросил Кассиан.

– Ей нельзя знать. – Взгляд серых глаз Амрены оставался непреклонным.

– Мы рискуем, – сказал Риз. – А что, если она, сама того не зная, создаст еще что-то?

– А если под влиянием настроения она понаделает разных штучек, чтобы только позлить нас? – с вызовом бросила ему Амрена.

– Она так не поступит, – с жаром возразил Амрене Кассиан. – И ты прекрасно это знаешь.

– Неста может создать не то что Сокровищницу ужаса, а Сокровищницу кошмаров, – ответила Амрена, равнодушная к его словам.

– Я не могу ей врать, – глядя на Риза, признался Кассиан. – Не могу.

– Никто не заставляет тебя врать, – сказала Амрена. – Просто не рассказывай ей об этом.

– Ты согласен? – воззвал к Ризу Кассиан. – Я целиком против.

– Я поддерживаю приказ Амрены, – ответил Риз.

В это мгновение Кассиан ощутил ненависть к названому брату. Ему было ненавистно смотреть на недоверие и настороженность, читавшиеся на лице Риза.

– На твоем месте я бы поосторожнее забавлялась с нею в постели, – ехидно добавила Амрена. – Неизвестно, в кого она может тебя превратить, охваченная водоворотом эмоций.

– Довольно, – осадил Амрену Азриель, заработав благодарный взгляд Кассиана. – Я того же мнения, что и Кассиан. Нельзя скрывать эти сведения от Несты.

Риз задумался, после чего пристально и сурово посмотрел на Кассиана. Кассиану стало неуютно под этим холодным взглядом. Он выпрямился, стараясь придать лицу бесстрастное выражение.

– Когда Фейра вернется из мастерской, спрошу у нее, – наконец изрек Риз. – Ее голос станет решающим.

Даже Амрена согласилась с предложенным компромиссом. Кассиан кивнул. Хоть и с тяжелым сердцем, он был согласен оставить последнее слово за Фейрой.

Амрена поуютнее устроилась на стуле.

– История рассудит этот меч. – Она снова посмотрела на длинные кожаные ножны, и ее глаза потемнели. – Осталось узнать, послужит ли он добру или злу.

Усилием воли Кассиан унял дрожь в теле. Казалось, будто сама судьба слышала слова Амрены и содрогнулась.