Путь серебра

Перепрыгнул через рухнувшее тело и завертел головой, выискивая новую цель. Хотелось перебить их всех, передавить, как муравьев, чтобы ни один не уполз живым! Мелькнула мысль о брошенном щите, но еще какой-то ёлс метнулся за куст всего в двух шагах, и Тумай ринулся за ним.

Вот уже и опушка леса. Отроки вокруг добивали не успевших убежать буртасов. Вдруг в глаза плеснуло светом сзади – в стане что-то вспыхнуло. Должно быть, шалаш, в схватке обрушенный на костер, загорелся. Во вспышке стала хорошо видна поляна с мечущимися фигурами. Много тел лежало неподвижно, сколько-то шевелилось. Блестело оброненное оружие.

Для засевших в кустах буртасов отсвет пожара выхватил из тьмы рослый силуэт в островерхом шлеме. Щелчка тетивы Тумай среди воплей и треска не услышал. Лишь почувствовал удар и недоуменно уставился на оперенное древко чужой стрелы, внезапно возникшее в левой стороне груди.

Колени подогнулись, и Тумай стал неудержимо оседать на траву. Прямо перед ним на земле лежала секира; Тумай попытался вытянуть руку, как будто смог бы, если ее достать, оборониться от подступающей смерти… удержаться на краю мира живых… но тело стало непослушным и бессильным, как тень. И эта тень быстро заскользила вниз, вниз, к воротам Кияматова царства…

Чьи-то руки схватили его сзади. Вот и Азырен… осознать, кто это был на самом деле, Тумай не успел.

* * *– Его Талай первым нашел, – рассказывал Свен, стараясь не смотреть в лицо Илетай. – Он видел, что дядька где-то здесь, в пролом побежал, а потом вспыхнуло – он как раз и углядел, как тому в грудь стрела воткнулась. Почти в сердце – никто б его не спас. Но мы… – Свен наконец поднял глаза, подался вперед и накрыл ладонью сжатые руки Илетай. – Мы отомстили за него. К утру, как разобрались, Годо сам сказал: этого дела так оставить нельзя. Родич он ведь нам был.

…К утру все прояснилось. Нашли даже тело Ерая в кустах – с проломленным затылком и без шлема, сброшенного возле огорожи. Потери оказались умеренными – пятнадцать человек убитыми и чуть больше сорока раненых, и все это по большей части у мерен. Они же понесли и самую тяжкую потерю – лишились своего воеводы. Тумай, младший брат пана Тойсара, два года водил их в сражения, но до дома не довел.

Убитых и тяжелораненых буртасов собрали больше – около полусотни. Только на одном был шлем и кольчуга, но его кто-то из данов прикончил ростовым топором.

– Они не верхом приехали, пешком пришли, – сказал Годо. – Значит, где-то поблизости их логова.

– По следам найдем! – сказал Ормар. – Их сотня или две убежало, раненые есть.

– Мы будем мстить. – Талай, подняв глаза от тела, произнес это с уверенностью мужчины, над которым больше не осталось старших.

Ему шло девятнадцатое лето.