Непокорное сердце огненного альфы

Тупи ещё сильнее!

Хотя, куда уж сильнее?

Если бы не отрицала столь упорно даже для самой себя, в полной мере прислушалась бы к своим же ощущениям, могла бы и намного раньше догадаться, хотя бы по тому же его поведению, поступкам и немеряно проявленному терпению.

Да ни один другой просто так не вытерпел бы давно!

– Вот видишь, и притворяться не пришлось, – донеслось от огненного альфы.

Оливейра так и не соизволил отодвинуться от меня. Уткнулся лбом мне между лопаток, частично придавив своим весом.

Едва сдержала порыв снова послать его в самые далёкие дали. Теперь, когда моя волчья сучность получила своё, и вернуть себе контроль стало возможным почти с лёгкостью, всё равно вместо этого произнесла максимально бесстрастно:

– Ты не оставил метку.

Хоть что-то хорошее во всём этом!

– А что, в этот раз ты бы её приняла? – усмехнулся Николас.

И словно мало ему этого. Влажный язык оборотня коснулся позвонков, постепенно поднимаясь всё выше и выше, а после кожу, у линии роста моих волос царапнули проявившиеся у него клыки, как если бы за холку укусил. Собственное тело, конечно же, предательски откликнулось. Как и откликнулась моя звериная составляющая, потянувшаяся навстречу этому незатейливому жесту. И чтоб меня! Мириады томных мурашек, поползшие по коже, осели приятной тяжестью внизу живота, а мне потребовалось несколько секунд, чтобы сконцентрироваться на его словах, не на действиях.

– А что, предыдущий тоже был? – извернулась и развернулась под ним, ведь очень важно стало смотреть ему в глаза.

Вместо ответа он лишь опять ухмыльнулся и отстранился. Поднялся сам и поднял меня. Сразу на руки, не оставив шанса сделать хоть что-нибудь самостоятельно. Перехватил удобнее и понёс в сторону спуска на нижний уровень, а там – в каюту и ванную. Вертикальное положение вернул уже будучи в душевой.

Сверху на нас полилась вода, хотя её шум едва ли мог перебить поток безнадёжности в моих мыслях. Оборотень между тем, также без слов взялся за мочалку и мыло, принявшись растирать пену по моему телу, смывая с него пот и кровь. Вопреки видимой отстранённости, бережно, почти нежно. И будь я проклята, но вместо того, чтобы хоть как-то возразить против такого самоуправства, просто прикрыла глаза, наслаждаясь теплом его прикосновений. В них не существует осуждения, предрассудков, зароков о том, как и что должно быть, учитывая наше происхождение и то, кто мы. Они просто есть. А мне… мне очень надо ухватиться за что-то, что могло бы стать якорем, не позволяющему унести и утопить меня в том бурном потоке, что сейчас переполнял мой разум. И да, я действительно наслаждалась. Ровно до момента, пока он не закончил, после чего отдал мочалку мне.

– Давай, Вега, твоя очередь, – пояснил.

Слишком резкий жест с его стороны.