Непокорное сердце огненного альфы

Вопреки сказанному, ласково провел пальцами вдоль всего её бедра, чувствуя, как легко и ярко откликается на такое невинное действие её тело. Мелкой дрожью прошивает от макушки до пят. Не только её, но и меня самого.

Да, мне безумно хотелось сделать, как я сказал. Грубо войти в неё, оттрахать и бросить одну, но парное притяжение…

Не знаю, кого я ненавидел больше в данную секунду.

Кому действительно пытался причинить боль.

Всё равно не выходило.

А уж когда она со стоном выгнулась мне навстречу…

Впился в манящий рот жадным поцелуем.

Новый ответный стон не заставил себя ждать.

Очередной волной дрожи прошёлся по моему телу.

Чуть и правда не кончил, как сопливый мальчишка.

Всё-таки моя пара и правда хороша в притворстве.

По колену мне заехала. Сбоку. Со всей точностью. Технично. Как положено. Если разбираешься в боевых искусствах.

– Вставь свой член лучше себе в задницу, Оливейра. Двойное удовольствие получишь. А мне притворяться не придётся, – выдохнула гневно.

Да только запах возбуждения выдавал её с головой.

– Так и быть, можешь не притворяться, – усмехнулся, переворачивая девчонку на живот, вновь подминая под себя.

Чтобы больше не смогла использовать свои шикарные ножки не по прямому назначению. Конечно же, она вновь попыталась сопротивляться. На этот раз я пресёк раньше, чем она смогла бы меня ударить, перехватив за бёдра.

– Просто стони, – добавил, резко насадив её на свой член.

– Блядь! – выругался, замерев в неверии от произошедшего.

Моя пара оказывается всё ещё грёбаная девственница.

А я полный придурок, мозг которому настолько затмила ревность, что не понял очевидного!

Да и как тут понять, когда девчонка вела себя так, будто всё иначе?

Открытию вторил продолжительный стон. Болезненный. Аделия выгнулась, опустив голову, глубоко втягивая в себя воздух, и напряглась, тем самым сжав меня собой крепче. Возвращая меня к тому, что я по-прежнему находился внутри горячей плоти. И можно было бы продолжить, раз уж всё равно начал. Но… не мог. Стоило только представить, что причинил ей боль, у самого внутри всё сжималось.

Какого чёрта она не сказала?!

Накинулся на неё, как реально на какую-то девку на одну ночь.

Чтоб это её врождённое упрямство!

– Надо было сказать, – выдохнул, крепче сжимая девичьи бёдра.

Вся выдержка уходила на то, чтобы сохранить контроль над зверем и не сорваться в бешеный трах, как хотелось.

– Да иди ты на хер, Оливейра… – хрипло отозвалась на мои слова Аделия, дёрнувшись прочь, отчего в голове сигнальной лампочкой зажглось, что моя пара опять желает от меня свалить.

Волк повторно рванул наружу в стремлении показать непокорной самке, кому именно она принадлежит. Кто истинный хозяин её тела. В последний момент удержал его на краю.

– Не. Шевелись, – выдавил из себя.