Мое сердце

Он знал, чего она боится, но не хотел говорить об этом, чтобы не смущать ее. Он решил отвлечь ее:

— По возвращении в Лондон мы поедем на склады моей матери на берегу реки и наберем самых разных материй, из которых сошьем новые платья, моя дорогая. Вы, несомненно, самая красивая девушка на свете, а прекрасный алмаз должен иметь столь же прекрасную оправу. Вы позволите помочь вам выбрать материи, не правда ли? Я представляю вас в цветах драгоценных камней, что так пойдет к вашему прекрасному бело-розовому цвету лица.

— Вы очень добры, милорд, — мягко ответила она, но сидела по-прежнему отвернувшись.

— Взгляните на меня, Эйнджел. Вы ни разу не посмотрели мне прямо в глаза. Взгляните же сейчас, моя дорогая леди Саутвуд!

Она повернулась, и его обожгло огнем ее чудесных бирюзовых глаз. На ее губах блуждала слабая улыбка.

— Леди Саутвуд, — мягко проговорила она. — Это я, не так ли? Да, я!

Он улыбнулся ей в ответ:

— Да, это вы, Эйнджел! Без всякого сомнения, миледи Саутвуд, графиня Линмутская, венчанная перед лицом Божьим, в присутствии ее величества королевы королевским капелланом.

— О милорд, что мы сделали?

— Пока что ничего, — подмигнул он ей и рассмеялся, увидев, как она покраснела. — А теперь, мадам, вот вам первое распоряжение от вашего мужа: будьте так добры отныне звать меня Робином, дорогая.

— Вы уверены, что мы не совершили ужасной ошибки… Робин?

— Нет, прекрасная Эйнджел, мы не совершили никакой ошибки. Даже королева знала, что эта поспешная свадьба — необходимость. Я люблю вас и надеюсь, что в ближайшее время научу вас любить меня, Эйнджел. Вам не надо бояться высказывать свое мнение или просить у меня чего вам захочется. Я всегда выслушаю вас. А теперь, прежде чем мы приедем в гостиницу, я хотел бы обсудить с вами предстоящую ночь.

— Нашу первую брачную ночь, но, дорогая Эйнджел, если хотите, она может быть отодвинута на более позднее время, чтобы вы могли лучше узнать меня. Решать вам, любовь моя.

Она молчала, как ему показалось, очень долго, а потом заговорила так тихо, что ему пришлось нагнуться, чтобы расслышать ее слова.

— Я знаю вас гораздо лучше, чем вы можете предполагать, Робин, ибо Велвет любит вас от всего сердца и часто рассказывала о вас. Я знаю, что вы хотите сделать как лучше, ведь вы всегда были так добры. Однако я не могу придумать лучшего способа, — закончила она с улыбкой, — узнать друг друга как следует, чем провести нашу первую ночь так, как она и должна быть проведена. Однако есть одна вещь, о которой я хочу, предупредить вас заранее. Несмотря на все мои годы при дворе, я осталась девственницей. И практически ничего не знаю о том, как это делается. Единственное, о чем я прошу, будьте ко мне снисходительны.