Мое сердце

Я люблю королеву, свою повелительницу, но это не значит, что я не скучаю о более простой жизни в провинции, муже, детях и своем собственном доме. Такую жизнь я предпочла бы жизни при дворе. — Она печально улыбнулась. — Но я уже прошла ту пору жизни, когда могла бы котироваться на рынке невест, к тому же без приданого кому я нужна?

— Мне вы нужны, Бесс, — мягко сказал он. — Моего состояния хватит на нас двоих!

— А сколь долго вы сможете сохранить его, как только перестанете быть преданным и любящим рыцарем королевы, Уолтер? — спросила она. — Я не хочу быть причиной вашего падения после всего, что вы сделали, чтобы добиться своего нынешнего положения.

— Простила же она Лестера.

— Роберт Дадли, как вы знаете, — это особый случай, Уолтер. Они родились в один день и друзья с детства. В те времена, когда королева была всего лишь принцессой Елизаветой и была заключена ее сестрой Марией в башню, именно Роберт Дадли, сам находившийся под стражей, использовал свои личные, совсем небольшие средства, чтобы, подкупив стражу, сделать ее жизнь более терпимой, снабжая ее маленькими радостями жизни, хотя бы такими, как дрова для камина. Она любила Дадли, искренне любила. Думаю, она простила бы ему все что угодно, Уолтер, но мы-то ничем не защищены от ее гнева. И тем не менее спасибо вам за ваше предложение, я всегда буду лелеять его. — Я люблю вас, Бесс, — тихо сказал он. Элизабет Трокмортон покраснела.

— Я тоже люблю вас, Уолтер, — так же тихо ответила она и затем отвернулась от него, чтобы посмотреть на детей, с визгом и гамом игравших в чехарду.

Роберт Саутвуд взглянул на Уолтера Рэлея.

— Надеюсь, вы не возражаете против той простоты, с которой мм отмечаем этот день? — спросил он с улыбкой, тоже следя за детьми. — Эйнджел хотела, чтобы вы и Бесс встретили этот праздник с нами, но вообще-то я в отличие от многих других людей моего положения предпочитаю семейные торжества.

Уолтер Рэлей улыбнулся в ответ и кивнул:

— Только что Бесс и я говорили о том, как нам не хватает простой жизни. Я, однако, слышал, что вы решили возродить традиции своего отца и устроить для двора бал-маскарад по случаю кануна Крещения в новом году.

— Да! Королева пожелала этого, и я не смог отказать ей. После, однако, я постараюсь отойти от двора, по крайней мере до тех пор, пока моя жена не родит весной. Это ее первые роды, и мне посоветовали избавить ее от волнений. Если получится, мы вернемся домой в Девон, чтобы ребенок появился на свет в Линмуте.

Время было позднее, детей увели спать, и музыканты заиграли быструю лавольту. Граф Линмутский вывел свою жену в центр зала, и они открыли танцы.