Сердце Изнанки

Взяв ложку и зачерпнув бульона, я как бы невзначай произнёс:

— Я заметил, что за пределами дома, ведутся боевые действия, — осторожно произнёс я. — Граф из-за этого не в духе?

— Да это так, мелкие шакалы огрызаются, в надежде побольнее укусить льва, — отмахнулся Дмитрий. — Роман Михайлович великий человек, потому у него и завистников много.

— Раз граф ведёт войну с другими родами, значит ему нужны сильные воины, — невозмутимо покивал я, искоса глядя на Дмитрия. — Как я понимаю вопрос в территориальных претензиях?

Дмитрий вдруг расхохотался.

— А вы ведь и правда, кого угодно разговорите, — произнёс он. — Вон и Зою как несмышлёную девочку облапошили, и Тамару Павловну, и даже меня. — он по-доброму погрозил мне пальцем. — Роман Михайлович вам сегодня всё расскажет, но я понимаю ваше любопытство. Я ведь не из вредности информацию утаиваю, просто замысел Романа Михайловича настолько глобальный, что я и малой доли не понимаю. Пускай он и рассказывает.

Я лишь покивал, ещё раз просканировав печати. Любопытство побуждало, до поры, ничего с ними не делать. Всё же, люди уверенные в том что всё под их контролем ведут себя более расслабленно и говорят больше.

Дмитрий, по своему восприняв мою задумчивость, продолжил разливаться соловьём:

— Одно скажу, кем бы вы ни были в прошлой жизни, в этой не пожалеете, что оказались здесь. Вы даже не представляете, сколько его светлость делает для простых людей. В прошлом году открыл три лечебницы. А какую школу построил! С отдельными классами для одарённых детей.

Тут Дмитрий доверительно посмотрел на меня.

— Кстати, на всякий случай, вы бы не замышляли дурного, — как бы между прочим заметил Дмитрий. — Печати не только сдерживает агрессию и дают контроль, но и докладывает о любых намерениях причинить вред.

Этими словами он только уверил меня в намерениях. Печати я сниму сегодня же. Это потребует некоторой подготовки, но больше я это терпеть не намерен.

Чтобы усыпить бдительность Дмитрия, произнёс:

— Мне пока нет необходимости замышлять что-то, если, конечно, вы не станете меня вынуждать.

— И всё же, вы меня удивляете, — произнёс Дмитрий, промокнув губы салфеткой. — Большинство новичков в первые дни пребывают в шоке или истерике. А вы держитесь достойно, я бы сказал — по-военному.

Его слова заставили меня задуматься. В памяти всплыли какие-то обрывки — плац, казармы, звон клинков на тренировках… Но конкретные детали ускользали.

— Возможно, я действительно был военным, — задумчиво произнёс я, отправляя в рот кусочек фазана.

— Вот как? — Дмитрий подался вперёд. — И где же вы служили?

— Не помню, — честно признался я. — Похоже, эта часть воспоминаний заблокирована.