Сердце Изнанки

Я знал его историю — азартного игрока, способного спустить целое состояние на ветер, — и не собирался давать ему шанса проиграть то, что я добыл потом и кровью.

— Это было взято с альфы, — сказал я, глядя Пылаеву-старшему прямо в глаза, и мой голос был твёрд, как гранит. — Я не вникал, как у вас тут распределяют трофеи, так что решил оставить временно при себе.

Он кивнул, чуть прищурившись, и я понял, что он оценивает не только добычу, но и меня самого.

— Недурно, — произнёс он, постукивая пальцами по столу. — Семь осколков — это немалая сумма. У нас распределение идёт по старому имперскому обычаю: десять процентов — паладину, убившему тварь, остальное — роду. А внутри семьи так: семьдесят процентов — на благо рода, остальное — победителю. Бери свою долю, но выбирай с умом.

Я прикинул расклад. Можно было бы отказаться, сыграть на благородство, но это только вызвало бы подозрения, а я не любил ненужных вопросов. Да и упускать шанс усилить себя было бы глупо — сила в этом мире решает всё. Я сгрёб со стола три дюжины энергоядер и два осколка кристаллов: один, увеличивающий энергетический резерв, и второй, повышающий выносливость. Остальное пусть идёт роду — я знал, как распорядиться своей частью позже.

— Разумный выбор, — хмыкнул Пылаев, но я заметил, как его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем нужно.

В холл стремительно вошла Динара, её шаги эхом отдавались по полу.

— Господа, приехал лекарь — Вениамин Семёнович, — доложила она, слегка запыхавшись.

— Прекрасно! — Александр Филиппович порывисто поднялся, его лицо оживилось, но в голосе сквозила тревога. — Скорее ведите его сюда! Неужто не видите, как Диме плохо?

Динара коротко поклонилась и исчезла в коридоре, а из холла тут же донеслись приглушённые голоса: «Где же Дмитрий, ведите скорее!» Я уловил нотки нетерпения в тоне приближающегося лекаря, смешанные с беспокойством, похоже он всерьёз беспокоился за наследника рода Пылаевых. «Если Дмитрий Александрович ранен, нельзя медлить!» — добавил он буквально влетев в помещение на всех парах, и в следующий миг гостиная превратилась в импровизированный лазарет.

Вениамин Семёнович, лекарь с сединой на висках и цепким взглядом, лишь на миг застыл в дверях. В руке он сжимал кожаный саквояж, полный инструментов. Он окинул помещение взглядом, задержавшись на Дмитрии, который сидел бледный и сгорбленный, придерживая раненое плечо.

— Вижу, у вас тут свой лекарь завёлся, — произнёс Вениамин, присев рядом с Дмитрием и внимательно осмотрев его плечо. Ткань его пиджака пропиталась кровью, хоть кровотечение и замедлилось благодаря моему кольцу.

Дмитрий скользнул по мне взглядом, в котором мелькнула смесь благодарности и усталости. Александр Филиппович, заметив это, слегка прищурился, переводя взгляд на меня.