Сердце Дракона

Оттолкнувшись от земли, Хаджар устремился на встречу кровавому океану Он не прятался, не защищался, не убегал. Будто поток штормового ветра он несся вперед.

Его меч сиял синим небом. Он рассекал силуэты бесчисленного множества золотых воинов внутри кровавого потока. Но еще больше, в десятки раз, успевали нанести ему ранения. Будто овощ сквозь терку, Хаджар летел сквозь поток.

Птицей Кецаль оборачиваясь, Путем Среди Облаков, он устремлялся все выше и выше к небу. Его перья опадали кровью и лоскутами доспехов. Его когти меркли по мере того, как угасала энергия внутри его клинка.

Самые разные крики были слышна по всей степи. Но люди, даже предвидя чем все это закончится, не могли отвести взгляда от птицы, летящей сквозь океаны крови, внутри которых на ней обрушивались удары мечей от сонма золотых воинов.

Достигнув пика, Хаджар замер. Почти лишенный сил. Израненный. Он лицезрел воинство, которые уже мчалось по его душу.

И смерть шептала страстно и вожделенно:

Хаджар лишь крепче сжал меч.

— Не сегодня… Мирный День!

Кровавый океан вдруг замер посреди небес. Рубинами мерцающей энергии он завяз в технике Хаджара. Адепты вдруг почувствовали, себя не сильнее простых смертных, а Великие Герои — не сильнее простых адептов.

Алый Мечник, не понимая, что произошло, направил всю энергию, без остатка, в свою лучшую технику, но было уже поздно. Меньше мгновения заминки, короче, чем первое дрожание сердце перед ударом, а птица Кецаль уже сорвалась в вертикальном пике.

Синей молнией расчертив не поспевающий за ней кровавый океан, она вонзилась в грудь Алому Мечнику.

Хаджар, вбив клинок в сочленение доспехов, прямо над ключицей противника, повалил его на землю.

Такая простая, физическая рана, учитывая, что Хаджар был полностью лишен сил, разумеется, не могла причинить вреда кому-то уровня, Великого Мечника Тана, но…

Хаджар отдал мысленный приказ и вечно голодный меч впился мириадом жадных до духа и энергии жгутов в энергетическое тело Тана.

Тот, стискивая зубы от небывалой боли, попытался вырвать жуткий артефакт из плоти, но не мог.

Он потерял контроль над телом.

И, лежа на истерзанной земле, вглядываясь в уцелевшие кусочки золотой степи, он постепенно умирал.

— Метафорично… — прошептал Тан. — техника войны… побеждена техникой… мира.

Хаджар лежал рядом. Их затылки соприкасались. Но если Тан не мог пошевелиться из-за пожиравшего его меча, то Хаджар просто потому, что у него не было сил. Даже дыхание давалось ему с трудом.

— В этом был план Регент-Матери? — Хаджар видел, к чему привела их с Таном битва — обе армии оказались полностью лишены любой защиты. Обнаженные перед угрозой даже такой простой, как загоревшийся порох.

Как птенцы в гнезде, откуда улетела грозная наседка.