В сердце Бостона

За два года здесь поднакопилось пыли.

Шевроле довозит меня до дома Кендалл. Я торможу, как раньше, под ивой и наблюдаю за движением в окнах, перебирая в руках букет цветов. Заказал еще неделю назад. Живых цветов сейчас не достать – сплошные голограммы, которые никогда не вянут и не имеют ничего общего с настоящими цветами. Они даже не пахнут. А эти – пахнут. Кендалл понравятся желтые пионы. Как мне сказали – искусственно выведенный вид. Я ничего не смыслю в этом, но помню, как сильно Кендалл любит желтый цвет. Надеюсь, она хотя бы улыбнется.

Собираюсь с силами и открываю дверцу машины, но замечаю, как из дома Фраев выходят Стенли и Юджин. За ними – близнецы и Ривера. Ривера так повзрослела… Кажется, этим летом ей уже стукнуло восемнадцать. С ума сойти… Она до боли похожа на Кендалл, только волосы у нее прямые и длинные и кожа на оттенок темнее. Она очень красивая. Наверняка нет отбоя от парней. Надеюсь, Ривера полюбит лучшего, а не такого дурака, которого однажды полюбила ее старшая сестра.

Семья Фрай садится в свой внедорожник и трогается. Кендалл с ними нет. Значит, она не дома. И наверняка в ее день рождения они едут к ней.

Я выезжаю вслед за ними и незаметно преследую внедорожник до Хингема. Насколько знаю, там живет бабушка Кендалл по материнской линии. Неужели Кендалл все это время скрывалась там? Она ведь ненавидит маленькие города, одинаковые дома и сплетни. Как Кендалл смогла ужиться в этом городе?

Внедорожник Фрайев подъезжает к дому из белого кирпича, окруженного пожелтевшими деревьями. В восточной Америке уже самая настоящая осень.

Они паркуются у гаража и выходят из машины, забирая из багажника кучу разных пакетов. Стенли не справляется с одним, и близнецы выхватывают сумки из ее рук. Юджин улыбается. Целует свою жену. Кажется, у них все хорошо. Все как обычно.

Они заходят в дом, я открываю дверцу машины и слышу, как бабушка кричит:

– Кендалл, детка, все приехали! Хватит сидеть на веранде. Встречай гостей.

Моментально выскакиваю из машины. Хватаю цветы. Держу их так крепко, что едва не ломаю стебли.

Мое сердце выбрасывается из груди.

И я срываюсь. Бегу через ограду, спотыкаюсь, несусь к той самой веранде, сломя голову. Сердце бешеное, ведет меня быстрее ног туда, где сейчас находится мое все.

Каждый шаг к ней отбивается ударом сердца. Я перелажу через забор. Иду дальше. Вижу ее, сидящую на террасе заднего двора. Копна кудрявых пышных волос теперь собрана в длинные косы. Кендалл сменила прическу… Я не вижу отчетливо, но ей очень идет. Это невозможно, но… она стала еще красивее.

Кендалл укрыта одеялом и, кажется, не собирается подниматься с кресла. Будто ее не звали. Будто ей все равно, кто приехал. Будто ей плевать на свой день рождения. Она смотрит вдаль и тихо отвечает: «Еще минуту».