В сердце Бостона

Те люди, с которыми он работал, сняли бы с него живьем скальп. И он это знал. Поэтому выбрал самый легкий выход – в окно.

– Доброе утро, милый, – Серена входит на кухню в белых стильных брюках от Gucci и полупрозрачной широкой блузке в цвет ее синих глаз. Она обнимает меня за плечи, улыбается и целует в щеку. – Хорошо спал? – приглаживает мою отросшую челку.

– Нормально. Хотя бы смог вздремнуть.

– Бостон, тебе не мешало бы побриться, – хмурится Серена, проводя ладонью по моей щеке. – Выглядишь, как Эзра. Только татуировок не хватает.

– Ты что-то имеешь против потрясающих татуировок на моем сексуальном теле? – вмешивается Эзра и смеряет свою жену пристальным взглядом.

– Ему не идет, – фыркает Серена.

– Спасибо, Панда, – усмехаюсь я, за что получаю шлепок по плечу.

– Засранец, – она выхватывает чашку из моих рук и отхлебывает. – М-м-м… Вкусно. Ладно, хорошего вам дня, Ноты. Мы с И́тали едем в город.

– А поцеловать своего восхитительного мужа? – наигранно возмущается Эзра. – Иначе мне придется пустить в ход свое сексуальное татуированное тело.

Серена усмехается, разворачивается у двери и возвращается к нему в объятия.

– Больше, чем ад, – едва слышно шепчет она между поцелуем.

И так происходит всегда перед разлукой. Даже если Серена просто уезжает в магазин. Они прощаются будто на век.

Три гребаных года, за которые мое существование так и не обрело смысл.

– Ну что? – Эзра обращается ко мне, когда Серена выходит на террасу. – Мы сегодня вдвоем? Как насчет того, чтобы продегустировать наше новое вино?

– Вино? С каких пор ты пьешь вино? – усмехаюсь я.

– Хрен с тобой. Возьмем с собой виски.

Мы проходимся вдоль виноградников. Скоро закончится сбор урожая красных сортов для десертных вин. Эзра в клетчатой рубашке с закатанными рукавами и я в черной футболке. Уже октябрь, но здесь еще греет солнце. Италия удивительная страна. Здесь хорошо душе. Но…

– Я возвращаюсь в Бостон, – делаю глоток из горла бутылки ви́ски и не смотрю на отца.

– Тебе нельзя приближаться к ней.

– У нее завтра день рождения. Я хочу ее увидеть.

– Бостон… – Эзра притормаживает и кладет руку мне на плечо. – Ей только недавно дали покой. Все только улеглось. А смерть Чейза может снова поднять суету вокруг Кендалл. Не усугубляй. Еще не время возвращаться.

– Я должен увидеть ее. Прошло три года…

– Еще действует судебный запрет.

– Юджин не подпустит тебя.

– Заберусь к ней в окно. Уже проходили.

– Я даже Стен не уговорю. Она почти не общается со мной.

– Пап, а если бы это была Серена? Если бы с ней тебе запрещали видеться?

– Ее бы у меня никто не отнял, – без промедления отвечает Эзра.

– Вот и Кендалл у меня никто не посмеет отнять. Я люблю ее. И больше не могу без нее жить. Я ждал три года, как и она ждала меня раньше.