В сердце Бостона

– Ты не дурак… Просто Чейз… Он не оставит меня в покое просто так…

– Что на том видео, Кендалл?

– Откуда?.. – она испуганно смотрит на меня.

– Я виделся с Чейзом вчера, – шепчу как можно тише. – Он сказал, что ты не заявишь на него. Из-за видео, верно? Что он записал?

– Меня… – она отводит взгляд.

– Но ты ведь ни в чем не участвовала, так? Те двое ублюдков ничего с тобой не сделали. Я успел вовремя.

– Он записал меня до отключки… В моменте… Короче… Когда мне было хорошо… И… Там я с ним. Он снимал меня, – я рефлекторно выпускаю ее руку. – Бостон, я не знала, что делала. Я была не в своем уме. Я думала, что он – это ты!

– Тише! – шикаю и оглядываюсь на копа, который не сводит с нас глаз.

– Бостон, я правда ничего не соображала… Прости меня…

– Что он делал с тобой? – чувствую, как по венам хлынуло раздражение. Нервы – как оголенные провода.

Нет, Господи, нет. Она не могла так поступить со мной. Даже под действием наркотика.

– Бостон, не надо. Не заставляй рассказывать тебе, умоляю…

– Что, блять, на том видео Кендалл? – слегка повышаю тон и вплотную прислоняюсь к решетке.

– Не упоминай его гребаное имя! – ударяю ладонью по прутьям, чем заставляю подняться на ноги полицейского.

– Так все, ваше время вышло.

– Нет! Еще минуту! Всего минуту, – умоляю я. – Пожалуйста.

Коп хмурится, но не спорит. Снова занимает свой стул у дальней стены и складывает руки на выпирающем животе.

– Продолжай, – требовательно обращаюсь к Кендалл и оглядываю ее виноватое выражение лица. Я держу себя в руках, но, черт, только Всевышнему известно, каких усилий мне это стоит.

– Там он раздевает меня у себя на коленях… – одними губами проговаривает Кендалл.

– Тянет за портупею. Придушивает меня и… Ласкает.

– Везде. И все это снимает на камеру. Каждое место, куда скользят его руки. Под портупею… Между ног… В…

– Блять! – хватаюсь за голову и кричу в потолок.

– Бостон, прости меня! – начинает рыдать Кендалл. – Я не хотела. Клянусь! Я думала, мне казалось, что это ты! Поэтому я не сопротивлялась!

– Уйди! – отворачиваюсь от нее, задыхаясь от горечи и острой боли в груди. Если она не уйдет, я не совладаю с собой. И тогда полетят головы.

– Мэм, Вам пора, – вовремя спохватывается коп.

– Бостон, пожалуйста, – всхлипывает Кендалл.

– Мэм, на выход, – полицейский открывает дверь, чтобы выпроводить Кендалл.

– Бостон, – мольба в ее голосе разъедает мое нутро.

– Просто уйди! – рявкаю изо всех сил.

Кендалл пятится, смотрит на меня с ужасом в глазах, потом резко разворачивается и убегает прочь. Я сжимаю кулаки и впечатываюсь ими в стену. Боль пронизывает руки, но этого недостаточно, чтобы унять ноющее сердце.

Это была не просто провокация. Чейз знал, о чем говорил. И если бы он захотел, он бы взял от нее все, чего пожелал, а Кендалл бы даже не сопротивлялась.