Жар сердец

Силвер все же открыла глаза и, хотя еще не привыкла к ночной тьме, смогла разглядеть лицо с грубыми очертаниями и холодными черными глазами.

Это был ее отец… но нет, этого не могло быть! Она не знала этого человека… Никогда не видела громилу, который обхватил пальцами ее горло. Подняв руки, Силвер с силой вцепилась в его лицо, и по его расцарапанным щекам покатилась кровь. Если бы только она смогла освободиться, если бы только…

Она поняла, что кричит, лишь когда в каюту ворвался Морган. Дверь громко хлопнула о стену. Обхватив Силвер руками, Морган нагнулся к ней.

– Все в порядке, Силвер, – произнес он, – все в порядке. У тебя просто кошмар. – Отбросив волосы с ее лица, Морган привлек ее голову к своей груди.

Силвер попыталась осознать, где находится, часто моргая и стараясь собраться с мыслями. Подняв глаза, она увидела между бровями Моргана тревожную складку.

– Мне очень жаль, – прошептала она, чувствуя себя наконец проснувшейся.

По–видимому, она именно такая дура, какой ее считал майор. В этот момент она заметила, что Морган был в одних лишь брюках; его грудь, к которой она прижималась щекой, казалась удивительно твердой. Его длинные волосы спускались до шеи, и Силвер пришлось бороться с желанием запустить в них пальцы.

Морган смотрел на нее с таким выражением, как будто и сам думал о чем–то подобном. Он уже открыл рот, чтобы что–то ей сказать, как вдруг раздался громкий стук в дверь. Морган решительным движением посадил Силвер на койке и поднялся, чтобы успокоить прибежавших на крики моряков.

По коже Силвер пробежали мурашки, поскольку только сейчас она начала ощущать холод.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Морган из коридора.

– Я не хотела этого делать, – пробормотала Силвер. – Мне жаль, что я наделала столько шума.

Его глаза остановились на ее легкой ночной рубашке, хорошо обрисовывавшей линии ее тела. Выражение тревоги на лице Моргана стало угасать, а глаза снова стали холодными.

– Похоже, ты очень многое не собиралась делать. Силвер. Ты не собиралась тайком проникать на мой корабль, не собиралась заниматься со мной любовью, не собиралась целовать полковника Баклэнда…

– Вы не правы, майор, – резко ответила Силвер. вскакивая с койки и вздергивая подбородок. – Я собиралась заняться любовью с вами. И нисколько об этом не жалею! – С этими словами она захлопнула дверь.

Черт побери! Руки Моргана сжались в кулаки. Эта женщина сведет его с ума. Он мог понять, что Силвер снилось: он видел на ее лице выражение отвращения, видел ее руки, которые боролись с невидимым противником.

В сердце Моргана зародилась жалость, и он никак не мог справиться с этим чувством. Последнее время она выглядела такой одинокой и потерянной.