Сердце Дракона. Том 19. Часть 2

Перед Хаджаром сидел может не Морган и далеко не Чин’Аме, но опытный лидер, знавший цену и себе и тому, что его окружало.

— Могу предположить, что вы, все же, не отказались от своей сумасбродной идеи атаковать Орден Ворона, генерал, — скрипучим тоном произнес Морвен, будто слова причиняли ему дискомфорт. — И поскольку отыскать замок невозможно, то вы решили воспользоваться магией перемещения, для чего вам требуются накопители терны. Проще было бы, конечно, принести в жертву сотню адептов, но вы не можете пойти на это генерал. И не потому, что решили встать на путь святого, а просто не можете себе позволить настолько ослабить армию. Но вы пришли не только за накопителями…

Хаджар молчал. Если бы он не был уверен в обратно, то предположил бы, что где-то в их круге затесался шпион скрытых организаций — настолько Морвен попал в точку. Но, с другой стороны, до всего этого мог догадаться любой, смыслящей в военном деле и политике.

— Война неизбежна, достопочтенный Морвен, — Хаджар достал трубку и закурил. Без спроса. Маленькая месть за то, что, пусть и не напрямую, но Морвен позволил себе пройти вдоль границы законов гостеприимства. — Если мы не нападем первыми, то наступит день и час, когда Орден исполнит свой замысел.

— Это, бесспорно, генерал. Но почему вы считаете что мы здесь, в краю где нет вашего паразита, которого вы называете Рекой Мира, — на этих словах старик скривился даже сильнее, чем от своего зелья. — должны беспокоится о том, что происходит на равнине? Ваши распри столь же бесконечны, сколь и бессмысленны. А те крупицы истинного свете, что вы сохранили, вы используете лишь для того, чтобы проливать еще больше крови. Так спрошу еще раз, генерал, почему мы должны помочь вам?

— Потому что если вы этого не сделаете, то никто не сможет сказать точно, увидит ли ваш край рассвет следующей весны.

Морвен только покачал головой и вновь подкрутил усы. С его внешностью он бы легко сошел за удалого кавалериста, любящего за чаркой браги вспомнить о лучших деньках, когда был молод, дерзок и хорош собой.

— И снова вы ошибаетесь, генерал, — старик поднялся на ноги и, скрестив руки за спиной, посмотрел на звезду. — Неужели вы полагаете, что если бы мы так же, как и вы — адепты, цеплялись за жизнь, то проживали бы век смертного? Нет, достопочтенный. Мы живем столько, сколько отведено нам этим светом. И когда время приходит — мы становимся его частью, чтобы осыпаться лучами на головы наших детей и внуков.

— У вас может не быть ни детей, ни внуков, — стоял на своем Хаджар. — Хорошо, Морвен, вы видели жизнь. Но что вы скажете о тех — кто не видел. О тех самых детях, которых вы же и упомянули. Вашим решением вы можете лишить их завтрашнего дня.

Старик не отвечал. Лишь стоял и смотрел на кружащуюся в вышине звезду.