Сердце полемарха

А это значит, что там мы сможешь проявить себя!

- Гиатрос Иринеос, - одёрнула я, замечтавшегося мужчину, проверила пульс женщины, её ровное мерное дыхание и порозовевшие щёки обнадёживали, температура была в норме, - нам нужно идти в абатон. Больные не могут ждать вечно.

- Да-да. Пробудем там недолго, до полудня, потом вернёмся в поместье этнарха Менедема, нам предстоит работа по созданию микрос-копийя.

- Да, нужен мастер кузнечного дела, - согласилась я.

- Это не беда, у меня много тех, кто будет рад помочь за право без очереди поправить здоровье. Ещё и приплатят мне за то, что я выбрал именно его, - хмыкнул Иринеос. Он выглядел несколько странно: лихорадочно горящие глаза и пылающие щёки мне не нравились.

- Гиатрос Иринеос, вы так и не ответили на вопрос: куда делась гнилая жидкость из живота больной? - напомнила я, прикрывая тонким пледом спящую супругу неизвестного мне купца Дориуса Зерваса.

- А? - очнулся он, перестав сверлить стену бессмысленным взглядом, - куда делась? Так я её впитал в себя.

- Что-о? - вылупилась я на него.

- А что? - беспечно пожал он плечами, а я чуть не застонала от ужаса, - не переживай, - махнул он рукой, - не впервой из раны вытягивать гниль, правда, раньше это было из открытых переломов, а не из брюха. И не так много. Но всё одно. Сутки у меня будет повышенная температура, хотя случай сегодня необычный, может и больше, и, скорее всего, я буду несколько рассеян, но потом пройдёт, тело моё переварит взятое и вскорости всё вернётся в норму.

- Обратная сторона медали для местных эскулапов, - пробормотала тихо, - я знаю, как сделать так, чтобы вам больше не пришлось втягивать эту гадость в себя.

- Ты имеешь в виду, надо было взять раба и перенаправить гной в него? – покачал головой мужчина, - тогда раб умрёт, а это зряшная потеря денег, уплаченных за живое имущество.

- Что-о? - мне поплохело, его фраза меня покоробила, но вдаваться в моральные аспекты бытия моей новой реальности сейчас не было времени. - Нет-нет! - я подошла к Иринеосу и приложила ладонь к его лбу, - вы горите!

- Пройдёт, - он беспечно махнул рукой и вдруг его шатнуло, да так, что лекарь едва не свалился на пол, я успела его подхватить и усадила в кресло анотатоса.

Глаза старика-лекаря закатились, а я смотрела на него и думала, что это единственный человек, которому я хоть как-то могу доверять. И терять его мне не хотелось."

"Быстро выглянула наружу, но никого поблизости не оказалось. Вернулась к гиатросу и, положив руки на его живот, прикрыла веки.

Вся система пищеварения Иринеоса пылала жёлто-красными всполохами. Он втянул чужую гадость прямо в свои кишки, и теперь организм пытался переварить эту инородную субстанцию.

""А если вот так?"" - решила я пойти проторённым путём и влила в него изрядную долю своей целебной силы с эффектом антибиотиков.