Плененное сердце

Сами знаете, что иногда с ней бывает.

На лице Малькольма появилось странное выражение.

— Д-да, — только и обронил он.

— А кухарка испекла яблочный пирог, чтобы отпраздновать день рождения нашей дочери, — объявила Аликс, стремясь рассеять неожиданно возникшее напряжение."

"— Мой любимый пирог! — обрадовалась Фиона и стала кружиться по залу.

Лэрд взял Аликс за руку. Их взгляды встретились.

— Спасибо, — прошептал он. — Ты куда лучшая мать для Фионы, чем та проклятая девка, которая ее родила.

— Я люблю ее. И вижу, что она очень чувствительная. Как все девочки ее возраста. Я научу ее сдержанности. Но ей всего семь лет. Она не Робена, господин. Я воспитаю ее на собственном примере.

— Верно, — кивнула Мэгги. — Как мать дюжины дочерей, я многое могу порассказать.

— Ты очень добра к ней, — признал лэрд, глядя в глаза Аликс и улыбаясь. — Как ты ухитряешься меня понимать? Иногда я думаю, что ты знаешь меня лучше, чем я сам.

— Не оскорбитесь, господин, если я скажу, что вы не слишком сложны по природе? — рассмеялась Аликс. — Вы честны и откровенны, и мне это нравится. Мир, в котором я выросла, — это мир, где царят интриги и заговоры. Там нужно следить за каждым словом. Хотелось бы знать, каким правителем стал бы король Генрих, будь он в здравом уме и твердой памяти. Тогда бы я уж точно не очутилась в Данглисе.

— И ты скучаешь по этому миру? — спросил он.

Конечно, Малькольм знал ответ, но очень хотел еще раз услышать его из уст Аликс. Теперь, когда она вот-вот станет его женой, ему были необходимы уверения в любви. От Робены он ничего подобного не хотел.

Аликс погладила его по щеке.

— Я предпочту быть с тобой в Данглисе, чем в любом дворце. Я люблю тебя, Кольм Скотт, мой дорогой, дорогой лэрд. — И, понизив голос, чтобы только он мог ее слышать, добавила: — Ты стал моей жизнью. Я не хочу никакого другого мужчины, кроме тебя. Не бойся, Кольм. У нас будет прекрасная жизнь.

Встав на цыпочки, Аликс нежно поцеловала его.

Лэрд ответил так же тихо:

— Когда Робена предала меня, была ранена только моя гордость. Когда я увидел ее в объятиях своего единокровного брата, понял, что никогда ее не любил. Не отдал ей своего сердца. Но ты, ягненочек, пленила мое сердце. И всегда будешь его хозяйкой.

И он поцеловал ее, вложив в поцелуй все свое желание.

— Я принадлежу вам, милорд, — едва слышно прошептала Аликс.

— А я принадлежу тебе, любимая, — кивнул лэрд.

Глядя на эту счастливую пару, Фенелла взяла за руку Фиону и отвела в сторону. Слуги последовали ее примеру. Но, видя, что вносят блюда с ужином, Фенелла громко воскликнула:

— Господа, идите к столу! Все так вкусно пахнет! Смотри, Фиона, креветки!

Лэрд и Аликс поспешно взялись за руки и проследовали к высокому столу.