Плененное сердце

— Ваш родитель был мудрым человеком, — улыбнулся отец Дональд, убирая монеты.

— Я оставила себе немного, — пояснила Аликс. — Когда-нибудь я истрачу их на то, в чем будут нуждаться дети.

— Вижу, ты не похожа на ту, другую, дочь моя. И ты любишь его.

— Люблю, — просто ответила Аликс.

— Я слышал, ты умеешь читать. И поскольку у тебя нет родных, можешь прочесть контракт.

— В этом нет нужды, — заверила Аликс. — Я вам верю и знаю, что вы сделаете все как надо.

Священник кивнул. Приятно, когда тебе доверяют! Конечно, она умна — это, правда, не является достойным качеством в женщине, — но, очевидно, росла в почтении к церкви.

— Когда ты хочешь подписать контракт и получить благословение, дочь моя?"

"— Мы с лэрдом это обсудили. День рождения Фионы — пятого числа этого месяца. Мы поженимся шестого, в праздник святого Николая. Мы уже успели позвать Роберта Фергюсона и его жену.

До свадьбы оставалось всего два дня, но священник не видел причин для проволочек. Независимо от того, поженятся они или нет, лэрд все равно будет проводить длинные зимние ночи в постели Аликс, стараясь наградить ее ребенком. Лучше, если дитя родится в законном браке, особенно если Господь подарит им сына и наследника.

— Будь по-твоему, дочь моя, — ответил он.

— Мы подпишем контракт в зале, а обвенчаемся в маленькой домовой часовне, — продолжала Аликс. — Приглашенных почти не будет. Летом, если не случится никаких набегов, мы пригласим соседей и устроим пир.

— Лучше отпразднуйте крестины вашего первенца, — предложил священник.

— Верно, — рассмеялась Аликс. — Прекрасный повод, ничего не скажешь!

После ее ухода священник опустошил замшевый мешочек и удивился тому, что увидел. Четыре золотые монеты и десять серебряных! И все полновесные! Их явно не подпиливали и не обрезали! Такое приданое достойно дочери аристократа! Священник знал, что отец Аликс был личным врачом королевы. Значит, господа его любили, а сам он был человеком экономным. И невеста оставила себе кое-что. Отец Дональд не был уверен, что такой поступок достоин одобрения, и все же интуиция подсказывала ему, что Аликс будет хорошей женой для Малькольма Скотта и доброй матерью для его малышки дочери.

Аликс вернулась в зал и увидела, что Фенелла закончила подвенечное платье, которое они шили вместе: из темно-голубой шелковой парчи, с высокой талией, длинными узкими рукавами и кремовыми меховыми манжетами. Подол и низкий вырез тоже были оторочены мехом.

— Как красиво! — восхитилась Аликс. — Спасибо, что дошила его.

— Почти ничего не пришлось доделывать, — отмахнулась Фенелла. — Но завтра день рождения Фионы, и Драмкерны приезжают, вот я и подумала, что нужно дошить его сегодня.

— Я отнесла священнику свое приданое, — сообщила Аликс.

Фенелла кивнула.