Мажор по соседству. Сердце на куски

Спустя пару минут абсолютного непотребства, когда язык Егора вовсю хозяйничал у меня во рту, а его руки на теле, он все-таки отрывается от меня, а затем хмыкает и заключает:

— Я все понял. Я хочу быть противен тебе еще больше.

— Да ты просто..., — меня разрывает на куски от его наглости и внутренних противоречий, но договорить я не успеваю. Подушечки его пальцев беспардонно ложатся на мои губы. А он угрожающе рычит, удерживая мой взгляд льдом своих глаз.

— Еще одно слово, Ляля, и я снова тебя поцелую. Ну давай, рискнешь наболтать себе на горячее приключение, м-м?

Затыкаюсь. Ну а кто бы нет?

Сволочь! Подлый интриган! Мерзкий манипулятор! Прохвост!"

"Так, стоп, а что это он делает? Зачем запихивает меня в свой гробик на колесиках?

— А-а?

— Поедем, проветрим твои мозги!

— Никуда я с тобой не...

И снова мой рот затыкают быстрым и жарким поцелуем, доводя до легкой стадии дебильности. Хлопаю глазами после и ничего поделать больше не могу. Меня, как послушную марионетку, запихивают в салон его Гелендвагена, а затем просто куда-то везут.

— Егор, давай поговорим, — примирительно начала я, когда поняла, что машина на бешеной скорости несется по трассе на выезд из города.

— Давай, — кивает, а сам что-то строчит в своем телефоне.

С нимфетками своими бесконечными опять переписывается? Мерзавец блудливый!

Молчу. Отворачиваюсь и зло таращусь в окно, а затем лезу в сумку, чтобы тоже достать свой телефон и тоже кому-нибудь написать. Пару секунд и мобильного в моих руках нет.

— Отдай!

— Ты поговорить хотела? — но Егор напрочь игнорирует мою просьбу.

— Перехотела! — рычу я, чувствуя, как за ребрами мое сердце стонет, истекая кровью от ядовитой ревности.

— Хорошо, тогда буду говорить я. Ты мне нравишься.

С ног до головы покрываюсь мурашками, забывая, как дышать. Просто смотрю на него во все глаза и не могу поверить в то, что слышу.

— Сильно, — кивает Сечин и находит мою ладонь, стискивая и переплетая наши пальцы.

Вот же черт!

— А ты мне нет! — сама не понимая как, выговариваю я.

— Знаю. Скорее всего ты в меня уже втрескалась, как...

— Что? П-ф-ф, нет! — отталкиваю я его ладонь, но Егор только хохочет, а затем резко тормозит, сворачивает на обочину. И глушит двигатель.

Подхватывает меня под задницу и затаскивает себе на колени, а дальше набрасывается с поцелуями, удерживая мое лицо своими ладонями. Сопротивляюсь вяло. Луплю его по плечам, спине. А через минуту сдаюсь с тихим стоном, и сама прижимаюсь к нему, чувствуя, как наши сердца бьются в унисон.

— Как кошка, — отрывается от меня парень и пристально смотрит мне в глаза.

— Дурак, — шепчу, совершенно не понимая, о чем он толкует.