Сердце химеры

Свадебный обряд должен был состояться в конце весны следующего года, но сейчас я любовался на эту прекрасную пару и думал: к чему ждать? Строить преграды двум любящим сердцам, которые тянутся друг к другу. Нет никаких препятствий для свершения брака, и он будет заключен до исхода этого месяца. Вам разошлют приглашения, как только молодые выберут день…

Нари чувствовала, что земля уходит у нее из-под ног. Сердце так грохотало, что она перестала слышать голос короля, видела только, как шевелятся губы. Она перевела взгляд на Арена – тот широко улыбался, а она мгновенно вспомнила, как он прижал ее к своему животу, как сказал: «Попалась». Словно она добыча, что угодила в расставленные сети.

– Нет! – произнесла она.

Надо это остановить! Какой месяц? Она и через год не согласится связать свою жизнь с наследником!

Ее «нет» утонуло в шуме голосов, в звуках торжественной музыки. А если кто-то и услышал его, то не обратил внимания: невесты часто сомневаются перед свадьбой, неудивительно, что и юная леди Ньорд поддалась нерешительности! Вон как трогательно жених обнял ее за талию, а после вывел на балкон – подышать свежим воздухом. Она, бедняжка, совсем разволновалась.

То, что принц увел свою невесту, заметили немногие. Да и те скоро забыли: слуги уже вручили каждому бокал с игристым вином, а король поднял свой.

– За здоровье молодых! – крикнул он.

– За здоровье молодых! – хором откликнулся зал.

Нари стояла на балконе, вцепившись в резные перильца, и никак не могла отдышаться. Арен возвышался рядом, молча ожидая, когда она придет в себя.

Наконец Нари заставила себя оглянуться и посмотрела в глаза ненавистного жениха.

– Свадьбы не будет, – твердо произнесла она.

Арен усмехнулся:

– Будет, Агнара. Подумай сама – к чему тянуть? Ты все равно бы стала моей, пусть только через год. Я не вижу смысла ждать.

Нари крепко зажмурилась, мысленно считая до десяти. Спокойно, спокойно, думай, Нари.

Она могла бы закатить истерику – плакать и умолять. Да что толку? «Юные девушки такие эмоциональные! – объяснил бы правитель гостям, даже если бы Нари бегала по залу, уговаривая каждого ей помочь. – Сами не знают, чего хотят!»

Она могла бы спокойно потребовать разговора с отцом. И ей бы пообещали это. Но ожидание продлилось бы не одну неделю, а между тем подготовка к свадьбе шла бы полным ходом, и на нее давили бы и давили каждый день и час, добиваясь согласия.

Оба варианта не подходили. У Нари оставался только один козырь. Пусть правящая семья думает, что сумела прогнуть под себя закон, но общие правила они обязаны соблюсти, иначе обряд не сработает. Нари должна произнести слова клятвы без принуждения, должна смешать свою кровь с кровью Арена и окропить ею алтарный камень. То есть силком ее не поволокут.