Сердце феникса

Точнее, у них кожа серая, как сухой асфальт. У кого-то оттенок более темный, у кого-то – светлее. Но Силириен выглядит именно бледной. Обескровленной. Она почти сливается по цвету со своими волосами.

Я скольжу по ней быстрым взглядом, улыбаюсь и здороваюсь, как того требует этикет. Эрионар отодвигает мне стул.

На столе уже возвышаются серебряные купола, под которыми прячутся блюда. Стоит нам занять свои места и обменяться приветствиями, как появляются слуги. Они скользят неслышными тенями, обходя стол, снимают крышки, разливают золотистое эльфийское вино.

Мои веры застыли у дверей: Брейн – у входных, Кир – у тех, из которых слуги выносят новые блюда.

– Магистра Гарвейна уже предупредили о вашем прибытии, – отмечает Мерильен, когда первый голод слегка утолен. – Он будет ждать в архиве.

– А магистр Садарн? Как дела с порталом?

– Спросишь у Гарвейна. Я не лезу в дела магистров. К тому же эльфийская Академия испокон веков подчиняется только ректору, а ректор – только королю.

Ну да, без разрешения королей с обеих сторон никакого портала бы не было.

Я вспоминаю, как Эрионар говорил, что все это не ради помощи мне, а ради моей силы. Сама по себе я никому не нужна, разве что ему.

У Даггерта есть причины мне помогать.

Что касается Тиадара и Леоверена, то у каждого из них свои виды. Впрочем, я их не виню. Мне просто смешно. Чувствую себя этаким яблоком раздора, а Даггерт, Леоверен и Тиадар как Гера, Афина и Афродита. Осталось только выяснить, кто тут у нас Парис?

Невольно улыбаюсь собственным мыслям и замираю. Душу сжимает холод.

Я вспоминаю, чем закончилась та история с яблоком. Троянской войной.

Эрионар, сидящий рядом со мной, моментально напрягается.

– Эль? Что случилось?

– Н-ничего, – выдаю тихим голосом и поспешно утыкаюсь в тарелку, чтобы никто не заметил смятения на моем лице.

Троянская война. Не ее ли я увидела в котле шелки? Значит ли это, что я верну себе силы? И что, потом кто-то из трех королей получит власть надо мной?

Только кто?

Леоверен кажется мне неспособным спровоцировать новую войну. Все-таки асуров мало, и они по сути своей мирные существа, хоть и способны дать отпор любому захватчику.

Тиадар?

Эрионар верит ему, но эльфы очень завистливы и всегда рады оттяпать чужой кусок. Такие вот неканоничные эльфы: красивые, мудрые, долгоживущие и алчные. Я уже убедилась в этом на собственной шкуре.

Даггерт?

Еще недавно он ждал, что мои дети появятся на свет и снимут проклятие с дроу. Но вот мои дети родились – и что? А ничего ровным счетом! Ничего не изменилось! Дроу все еще живут под землей, солнечный свет губителен для них, как и прежде. Неизвестно, сколько должно пройти веков, пока сбудется предсказание Джанны.