Сердце феникса

– А как? Помоги мне, я знаю, ты можешь! Ты же богиня! Помоги, и клянусь, я сделаю все!..

– Все?

– Все, что захочешь!

Взгляд Нуэд внезапно меняется. Сквозь пелену слез я замечаю в ее глазах интерес. Несколько бесконечно долгих мгновений она вглядывается мне в лицо, а потом произносит:

– Надеюсь, оно того стоит.

Я еще успеваю почувствовать, как она кладет ладонь мне на лоб. А потом меня ослепляет. Неимоверное по силе белое сияние бьет по моим глазам и отправляет прямо в небытие…

***

Не знаю, когда именно это произошло.

Когда я думала, что потеряла Айренира?

Когда целыми сутками лежала в депрессии, упивалась страданиями и желала умереть вместе с принцем?

Я была разбита и не хотела никого видеть. Не хотела есть, не хотела жить… даже ради детей.

Мой любимый пожертвовал собой, чтобы спасти меня и Эрионара. Это была благородная жертва с его стороны, но я не желала ее принимать.

Асуры залатали тело Айренира, но его душа уже скользнула за Грань. Мне осталась лишь пустая оболочка. Мой принц уснул навсегда.

Тело Айренира поместили в стазис. Он лежал в прозрачном хрустальном гробу, в усыпальнице, предназначенной для него одного.

Я же обезумела от горя и бешеной тигрицей бросалась на каждого, кто пытался отнять его у меня. Сутками не выползала из склепа, сидела рядом со своим принцем и рыдала, призывая смертные кары на головы тех, кого считала виновными. Ела, отвечала на вопросы и переодевалась, как робот, только под принуждением. Ненавидела всех вокруг только за то, что они продолжают жить дальше.

Мне стала ненавистна сама мысль, что о моем любимом говорят в прошедшем времени.

При этом я исправно выполняла свои обязанности по отношению к Эрионару. Нюхала лакмуран, замораживала в себе все чувства и покорно ждала, пока он стабилизирует нашу ауру.

Я не обращала на Повелителя никакого внимания. Мне было все равно, где он, с кем, что делает. Два раза в день, как по часам, он приходил ко мне, клал руки на плечи и обновлял нашу связь. Безуспешно пытался встряхнуть меня. Уговаривал, убеждал, говорил разные нужные вещи, но все было зря. Меня абсолютно не волновало, что вместе с собой я тащу за Грань и его. И уж тем более я не задумывалась о том, что, стабилизируя свою ауру, он спасает меня и моих детей.

Очень часто я вспоминала тот фатальный день в Зале Суда и раз за разом обвиняла себя в том, что случилось. Почему? Ну почему я смолчала тогда и не рассказала о своих предчувствиях?! Что мне стоило предупредить Айренира?!

Одно неправильное решение – и я стою на краю. А внизу бьется, разбиваясь о скалы, океан моих слез.

Светлая искорка жизни во мне затухала. Я мечтала только о мести. Рилль’Аргван был единственным, кто услышал мои молитвы.

И вот теперь я мертва.