Сердце феникса

Нам навстречу из темноты леса выходит Повелитель Молний собственной персоной. Рядом с ним идут Брейн в человеческой ипостаси и несколько крупных львов. Они замирают на расстоянии полусотни метров, но я вижу осуждение на лицах мужчин.

«Что ты задумал?!» – кричу мысленно.

И сжимаю поводья гаяла с такой силой, что хрустят суставы на пальцах.

– Прости, Эль, – произносит асур уже вслух. – Но я не могу позволить тебе это сделать.

– Будешь сражаться со мной?

От такой перспективы меня передергивает. Эрионар очень силен. Практически, уровень Повелителей равнозначен уровню богов, единственное отличие – асуры не способны создавать новые миры, это под силу только богам.

То есть если мы с ним сойдемся один на один, еще неизвестно, кто выживет. К тому же он опытнее меня. Он участвовал в настоящих войнах. А я так, дилетант. Даже не убила еще никого, только ранила.

Последняя мысль заставляет меня потрясти головой: кошмар, о чем я вообще думаю? Жалею, что никого еще не убила?! Это точно не мои мысли! Откуда они вообще взялись в моей голове?

– Нет, Эль, я не буду сражаться с тобой, – раздается голос асура. – Я просто не пущу тебя в лес. И твою армию тоже. Я не позволю тебе запятнать свою душу убийством.

– Жалкая кучка львов не остановит нас! – рычит Будгар мне на ухо. – Отвлеки Повелителя, а с верами мы сами справимся. Слышишь, Прекраснейшая. Очнись!

Но я продолжаю сидеть, вцепившись в поводья и устремив неподвижный взгляд в никуда.

Что же мне делать? Как поступить?!

Я не хочу, чтобы погибли мои друзья. А это обязательно случится, если начнется бойня. Но и отказываться от своих планов я не хочу.

Я должна покарать убийц! Должна сделать так, чтобы все виновные в смерти Айренира заплатили своими жизнями!

– Ну, решайся быстрее, – торопит Будгар.

Да, нужно принять решение. Но это непросто.

Вздохнув, поднимаю голову. Скольжу взглядом по бледному, застывшему лицу Эрионара, встречаюсь глазами с Брейном. Похоже, мой друг меня осуждает. Что ж, это его право. Он не был на моем месте, ему не понять, что я чувствую.

– Брейн, забирай своих людей и уходи, – говорю тихо, понимая, что вер отлично слышит меня. – Мне не нужны лишние жертвы.

На его виске нервно пульсирует жила. Я вижу ее так отчетливо, словно стою с ним лицом к лицу.

– Я не уйду, Прекраснейшая, – отвечает он сухим официальным тоном и не отводит взгляд. – Прости, но это мой долг: защищать тебя даже от тебя самой.

Что ж, похоже, выхода у меня нет.

– Тогда… я освобождаю тебя от клятвы.

Сама не верю, что сказала такое. Но слово не воробей, вылетит – не поймаешь.

Брейн вздрагивает, как от удара, бледнеет и вдруг подается вперед. Сквозь человеческие черты проступает львиный оскал.

– Как скажешь, Прекраснейшая, – рычит альфа, демонстрируя острые зубы.