Сердце феникса

Что толку теперь об этом жалеть?

Сидеть неудобно, но я кое-как устраиваюсь на шкурах и заворачиваюсь в колючий шерстяной плед. За стенами палатки мелькают тени орков и долетают их хриплые голоса.

«Что ты думаешь делать дальше?» – впервые за последние дни Эрионар первым нарушает молчание.

«Я уже говорила. Проложу оркам путь через Лес к Холмам».

«Значит, ты все-таки не отказалась от своих планов?»

«Почему я должна от них отказываться?»

Недовольно дергаю плечом. Опять он ту же песню завел!

«Тогда я вообще ничего не понимаю», – бормочет асур странным тоном.

«А что тут непонятного?»

Он с минуту молчит, потом произносит:

«Эль, зачем тебе орки? Скажи мне честно. Ты же достаточно сильна, чтобы справиться с отрядом Кариона и без них».

Ну вот… Неужели догадался?

«Не понимаю, что ты имеешь в виду».

«Врешь. Когда я увидел тебя на Бханагоре, то сразу понял, что случилось. Ты – живое воплощение Антхарейн, самой разрушительной силы, какую только можно представить. Так зачем тебе орки? Ты же сама простым щелчком пальцев можешь отправить в небытие и герцога, и всю его компанию, какие бы сильные маги его ни защищали!»

Морщусь. Какой умный асур мне попался. Но недаром же говорят: меньше знаешь – крепче спишь. Жаль, в этом мире эта поговорка пока неизвестна.

«Эли! Я жду ответ!»

«А если ответа не будет?»

«Тогда… Тогда я не позволю вам войти в Лес».

Услышав такое, я даже привстаю возмущенно.

«Как это не позволишь? Ты вообще на чьей стороне?!»

«Эли, – Эрионар устало вздыхает, – я не хочу воевать. Этот мир видел достаточно войн и смертей, не нужно развязывать очередную. Пожалуйста».

«Это ты мне говоришь? – фыркаю гневно. – Я ничего не развязываю, Эри, а всего лишь собираюсь восстановить справедливость. Так что твоя истерика не по адресу. К тому же… к тому же ты уже видел это в котле. И ты сам сказал, что котел шелки показывает то будущее, которого мы желаем. Значит, ты, как и я, желаешь смерти Эриасу Кариону!»

На этот раз асур молчит очень долго. Я успеваю обдумать планы на завтра, разработать стратегию, заскучать, выползти наружу и даже угоститься полусырой заячьей ножкой из рук вождя."

"А он все молчит.

Ночью, сквозь сон, меня накрывает такое невыносимое чувство одиночества и потери, что я просыпаюсь в холодном поту и испуганно открываю глаза. Уставившись в темноту, слушаю, как гулко колотится сердце.

В тишине раздается богатырский храп Будгара. Наверное, это он меня разбудил.

Прислушиваюсь к себе. Кажется, все в порядке, ничего не болит. Почему же душа не на месте? Что за странное чувство тревоги? И куда подевался Эрионар? Неужели на самом деле бросил меня?!

«Нет, – шелестит в голове тихое эхо. – Я ведь уже говорил, что не брошу».

«Почему же не отвечал?!»

Меня охватывает чувство облегчения.

«Думал над твоими словами.