Сердце Драокна. Сборник, часть III

И поправить ставни на окнах. А еще укрепить крыльцо и ступеньки, чтобы маленький не повредил ногу. И… еще очень много чего сделать.

Ведь теперь они были не вдвоем. У них появился еще один человек. Человечек…"

"— Знаешь, Олли, что в нашем доме особенного? — прошептала жена, убаюкивая дитя.

— Что же?

— Ты правильно сказал, — Элите потерлась своим носом о кончик носа ребенка и тот смешно закряхтел, будто пытался засмеяться, но еще не умел. — на нашей улице есть дома и богаче, и крепче, и с куда большим двором, но ни в одном из них мы не живем. Этого ребенка принесли нам и только нам. Так что и назовем мы его…

Она посмотрела в его глаза. Красный и карий. И где-то там, среди отсветов звезд над их головой, услышала тихий шепот.

— Мы назовем его Элиол.

Глава 1983

Элиол, прикусив язык от усердия, старался, как и учел отец, аккуратно, но твердо, нежно, но крепко, прижимать пальцы к вертящейся на круге влажной глине, аккуратно формируя при этом бортики. Он немного согнул палец, и глина над ним начал формироваться в виде маленький загнутой полоски.

Но не это было самым сложным. Самым сложным было правильно остановить круг, чтобы глина не потеряла формы — иначе все придется делать заново.

Но Элиол хорошо с этим справлялся. Остановив круг, он взял нить и срезал изделие с платформы, после чего положил его на стоявший рядом противень.

Там уже красовалось пять пузатых горшков. Затем их надо будет убрать в печь и обжечь.

— Отец, я сделал, — похвастался Элиол.

Его отец, пусть и выглядел как старик, но все же стариком не являлся. Хотя Элиолу, порой, очень нравилось подшучивать над седыми волосами и завивающимися козьими рогами усами.

— Хорошо, сорванец, — Олли отложил в сторону инструменты и подошел к столу сына. — Дай посмотрю на твои успехи.

Элиол, лучезарной улыбнувшись, показал на шесть горшков. Олли какое-то время их осматривал и забавно дергал усами, будто жук. Элиол даже хотел было дернуть за них, но вспомнил какой нагоняй получил в прошлом и не стал.

Частенько, когда он веселился или над кем-то подшучивал, то получал от родителей длинные часы наставления о том, как должен вести себя хороший мальчик.

Из того, что запомнил Элиол, хороший мальчик не должен подмешивать в молоко соседки перечный порошок; не должен подкладывать жуков в корзину с хлебом молодой девушке, идущей в поле; не должен менять местами подковы лошадей и ослов в сундуке у кузнеца; не должен разукрашивать углем лицо заснувшего стража; не должен… да много еще таких не должен.

— Отличная работа, сынок, — похвалил его отец.

Элиол, в привычной манере, обезоруживающе улыбнулся, а Олли посмотрел на свой стол. Там, за прошедшее время, появилось всего два новых горшка. И не потому, что руки его уже были не те и глаза подводили.

Нет, вовсе нет.