Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 2

Хаджар отвязал Синий Клинок от пояса, но так и не достал его из ножен, что, впрочем, не вызывало ни тени эмоций на лице Арона.

Лодочник все так же спокойно взирал на Хаджара и стоял в расслабленной, открытой стойке.

Генерал ждал какого-то сигнала, отмашки, любого знака, который определил бы начало поединка, но того так и не последовало.

Тогда Хаджар, призвав Терну, Силу Души и высвободив свое Правило, шагнул вперед. Мир вокруг него затрясся во внезапно родившемся шторме ветра, выкованного из самых острых клинков и мечей."

"Хаджар мгновенно переместился за спину Арона и направил удар в секущем взмахе прямо в пояс противнику. Ветер и шторм следовали за его движениями, порождая иллюзии тысячи мечей, слившихся воедино с Синим Клинком. Генерал был уверен, что этого удара будет достаточно, чтобы ранить Хельмера, не то, что простого смертного и…

За мгновение до того, как меч настиг бы Арона, Хаджар с неимоверным усилием заставил руку остановиться и шторм мечей сорвался в небо, рассекая облачный свод и заставляя лазурь явиться сквозь разбитую хмарь.

Ученые не двигались, храня тишину. Фен Ли смотрел на него с сожалением и один лишь Арон не выражал никаких эмоций.

— Зачем вы хотели меня убить, Хаджар? — спросил он так, словно генерал только что сделал какое-то абсолютное глупое и неожиданное действие.

Сам же Хаджар молча переводил взгляд с меча на Арона. Тот даже не пытался защититься, потому что… не знал как. В его руках лежал меч, и генерал чувствовал, что лодочник способен на многое, но… тот не умел сражаться. Не знал запала битв и того, как крупицы оборванной жизни стекают по клинку к твоим собственным рукам, навсегда покрывая их пятнами чужой скорби.

— Мы же сражаемся, — ответил опешивший Хаджар.

— Но зачем нам сражаться, — пожал плечами Арон. — я стою здесь, перед вами, Хаджар. Я не испытываю к вам ничего, кроме уважения. К чему нам биться? Ради чего. Что нам делить?

Хаджар ничего не понимал. Как еще можно добиться развития на пути меча, если не в бесчисленных сражениях. И как эти ученые, со своими пацифистичными взглядами, смогли достичь такой силы.

— Не подумайте, Хаджар, — Арон сделал шаг назад и взмахнул мечом. Плавно и легко, описывая лезвием полукруг и в то же мгновение бушующие волны горной реки обрушились на Хаджара и тому пришлось, стиснув зубы, использовать все свои силы, чтобы противостоять тому, с чем столкнулся.

Это было чем-то похоже на то… на то, что недавно сделал Черный Генерал в чертогах его собственной души. Но не мог же простой смертный сражаться той же силой, что и величайший мечник.

А затем бушующие волны исчезли, сменившись веселым весенним ручейком, омывшим Хаджара и освежившим его ничуть не хуже настоящего.