Хозяин моего сердца

Седнианский мальчишка! Подумать только! Все их беды начались с появлением этой парочки рабов, которую так некстати приобрел саорг. Сначала девчонка путалась под ногами и мешала их планам, а теперь мальчишка лишил ее сына! Нет! Она так это не оставит! Она отомстит! Сначала седнианским рабам, потом саоргу… А потом и Невелусу! Не будь она Наминой!

Непривычно жесткие пальцы супруга впились в подбородок, заставляя женщину поднять взгляд. Нельзя показывать свою злость! Нельзя показывать замешательство. Хорошо бы понять, что известно мужу. По крайней мере, она была очень осторожна, не доверяла никому, да и, честно признаться, еще не успела претворить в жизнь свой план. Императрица моргнула и постаралась думать о хорошем.

Она вспомнила детство, небольшой домик на берегу реки и кухоньку, на которой всегда пахло свежеиспеченным хлебом. Пожалуй, тогда были самые счастливые годы ее жизни. Богатство и власть не давали той наполненности, что юная Намина ощущала в детстве. Они если и делали ее счастливее, но лишь на краткий миг, тут же стираясь из памяти. Лишь Натан был ее якорем, смыслом жизни, ее счастьем, а теперь ее лишили этого. Но ради сына императрица способна если не на все, то на многое.

Нет. Нет! Она не будет думать об этом сейчас. Только о приятном, о возвышенном, что не раздражает и не пробуждает в ней злость. Намина моргнула и доверчиво посмотрела в глаза мужу, а потом робко улыбнулась, одной из тех невинных, хорошо отрепетированных улыбок, что когда-то свели Невелуса с ума.

— Я все поняла. Прости… — прошептала она, добавив к шепоту томности. Но никакие ее уловки, не помогли задобрить императора. Взгляд Невелуса остался холодным, цепким и злым.

— Ступай к себе, Намина, — отстраненно произнес он."

"И вот после этих слов женщина растерялась. Все годы супружества они делили одну спальню. Номинально, у Намины были свои отдельные покои, но комнаты давно превратились в гардеробную и кабинет. Ночи же императрица проводила с мужем, зорко следила за тем, чтобы фаворитки мужа менялись регулярно. Более того, сама подбирала и воспитывала их. И никогда Намина не чувствовала себя лишней в постели императора. До сегодняшнего дня. В один момент лишиться всего: гордости, взлелеянной годами власти, расположения супруга и сына… И все из-за обычных рабов! От злости руки сами сжались в кулаки.

— Ты меня выгоняешь? — чеканя каждое слово, спросила она.

— Что ты, — Невелус улыбнулся. Улыбка тронула его губы, но не взгляд. — Хочу, чтобы императрица отдохнула. И, прикажи прислать мне Тарсию или Дару. Да, пожалуй, Дару.

Намина так плотно сжала челюсти, что заскрипели зубы. Император избавлялся от жены, чтобы развлечься с любовницей. Такого провала в ее семейной жизни еще не было.