Серая мышка для босса (СИ)

Не помню, чтоб Катюхе чего-то перепадало.

— Спасибо, Свет… Я это… завтра уже выйду, пока-пока!

Кладу трубку.

Ах, ты гаденыш!

Нестандартный подход, значит!

Стоящие задачи! Отработка сделки? Сверхурочная работа? Засранец!

Он же меня сам вынудил! Да, я совершила ошибку и поддалась! Но зачем выставлять меня продажной девкой?

Я рву и мечу.

Это вообще переходит всякие границы!

Господи, бухгалтерия, наверное, уже потешается над формулировками Князя. Они настолько провокационные будто он открыто говорит: «Я ее трахаю!»

Или это я уже схожу с ума?

Я так больше не могу, мне надо это срочно с кем-то обсудить! С кем, твою мать, такое можно обсуждать? Не с мамой же!

Я набираю Маринку:

— Привет, ты где?

— Да вот, ездили к нотариусу, а что? Что у тебя с голосом? — настораживается она.

— Приезжай ко мне, как сможешь.

Видимо, я не на шутку пугаю Маринку.

— Что случилось?

— Я переспала с Раевским за деньги и должность! — в моем голос слышна подступающая истерика.

— Выезжаю. Буду через час.

Глава 19. Чаевые

— А он мне нравится, — выслушав меня, подытоживает Маринка.

От неожиданности я захлебываюсь кофе, и оно идет у меня через нос.

— Что? — обалдеваю я. — Это тебе коньяк так ударил в голову?

Приехавшая подруга сразу оценивает зелень моего лица, достает из сумки бутылку коньяка и щедро доливает содержимое мне в чашку с остывшим кофе. На все мои возмущения, что еще только первая половина дня, она невозмутимо отвечает, что для меня сейчас самое подходящее время. Прошел час с ее появления, и мы пьем уже третью чашку кофе, а коньяк все не кончается.

— На, вытрись, — протягивая мне салфетку, ржет она.

— Совсем с ума сошла со своими любовными романами?

Вот не зря учительница биологии в школе рассказывала, что алкоголь горячим запивать не стоит.

— Мне, конечно жаль, что ты так расстроена, и что он тебя обидел, наверно…. Хотя это спорно. Но надо отдать ему должное: мужик захотел, мужик взял. Такое по нынешним временам не так часто встречается. Хотя того, что он козел, это, конечно, не отменяет, — поясняет свою позицию Марина.

— Обидел? — не верю я своим ушам. — Он мне угрожал увольнением! Да он меня использовал!

— И что тебе не понравилось? Ну, если отбросить вводные. Ты бы хотела повторить ночь?

— В постели он бог. Лучше у меня не было, — качаю я головой и, вспомнив некоторые моменты, чувствую, как внутри что-то сладко вздрагивает. — Хотя… Не знаю. Трудно оценить. Я еще никого так не хотела.

— Ты часом не влюбилась? — уточняет подруга."

"Я прислушиваюсь к себе. Вроде при мысли о Раевском никаких романтических позывов нет. Только злость на себя и на него. Злюсь я сильно. Настолько, что в сердцах разрываю салфетку, которую все еще держу в руках.

— Не похоже, — пожимаю плечами.

— А говоришь, что он бог секса, — удивляется она.