Семья для нефтяного магната

Так, чем бы ее таким до талого загрузить?

Сношу из локальной сети журнал исходящей документации за последние две недели и выдыхаю. То что нужно.

Назима появляется в дверях примерно через пятнадцать минут. На подносе чашка кофе и тарелка с бутербродами. Издевается будто надо мной… Еда, приготовленная ее руками для меня фетиш. Это я тоже понял пока двое суток жрал, где попало.

Посуда характерно звенит мелкой рябью, выдавая нервозность моей молодой секретарши.

— Ваш кофе, — шелестит она.

— Спасибо, — киваю, встречая ее прямым взглядом. — Тебе понравились цветы, Назима? — строго интересуюсь, специально немного вгоняя ее в моральный долг. — Я сам выбирал.

— Да, спасибо, — начинает метаться взглядом и теребить край пиджака. — Но я думаю, Константин Петрович, что это было лишним. Анна Ивановна говорила, что вы принципиально не заводите романов с сотрудницами. Это отличная традиция. Я вас за это очень уважаю…

Приходя в банальное бешенство от ее игр смыслами, стискиваю подлокотники кресла. Перехитрить меня решила?

— Да, — прищуриваюсь, — и ещё не поважаю никакие личные отношения между сотрудниками.

— Почему вы мне это говорите? — наконец-то ее голос приобретает звук и начинает оскорбленно звенеть.

— Предупреждаю, — цежу сквозь зубы. — И ещё. К вечеру заполнишь полностью журнал исходящей документации. Каждый приказ и договор должен быть зарегистрирован, я не понимаю, почему вы его не вели!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​- Вели! — распахивает глаза Назима. — Я вчера лично последние вбивала.

— Подойди и покажи, — ухмыляясь, откапываюсь от своего компьютера.

Подойдёшь?

— Я у себя посмотрю, — отвечает она и неловко переминается с ноги на ногу, оставляя между нами стол в качестве препятствия.

— Иди… — хмурюсь.

— Константин Петрович, — выпуливает, — можно мне уйти сегодня чуть-чуть пораньше. Около пяти…

Делаю глубокий шумный вдох.

— Закончите журнал и идите, — отвечаю холодно и равнодушно. В груди начинает растекается яд.

Круглосуточно вы теперь работаете, Назима Тимуровна.

— Но это же часов на пять работы! — восклицает. — А сейчас уже четыре…

— Значит, уйдёте в девять, — отвечаю резко и предостерегающе. — И впредь будете выполнять обязанности вовремя.

— Я все поняла, — выдёргивает подбородок и решительно выходит за дверь.

Расстёгиваю пуговицы на рубашке и подхожу к окну подышать. Ну выбесила же! Значит, все-таки Семена выбрала… А почему? Потому что мягкий, хоть на хлеб намазывай? Или потому что моложе? Почему, мать твою!?!

Возвращаюсь к столу и остервенело проверяю ящики на наличие сигарет. Ничего. Я ж типо бросил…

Съедаю ее бутерброды и выпиваю кофе. Последнего прошу принести ещё чашку. Да, чтобы прямо из ушей закапал.