Семья для нефтяного магната

Услышав за спиной шорох, хватаю со столешницы разделочный нож и резко оборачиваюсь, готовясь метнуть его в любой момент, но вижу за спинкой дивана светлое «гнездо» волос и, находясь еще на адреналине, со всей дури втыкаю лезвие ножа в столешницу. Мать ее, Вика!

— Ты какого черта здесь еще!? — Спрашиваю такий тоном, что сам Иван Грозный пал бы сейчас к моим ногам и бил челом, прося милости.

— Ты… — она подлетает с дивана с выпученными глазами и часто истерично дышит. — Тихомиров! — Взвизгивает. Ты — больной! Чего так орешь?!

— Ты почему ещё не уехала? — развожу руками, понижая тон. Действительно, перебор вышел.

— Я заболела, — моментально улавливает смену настроения Вика. Хватается за горло и смотрит на меня жалобными глазами. — Утром температура была, тошнило, я не могла встать… Наверное, ангина. И голова кружится.

Еле доходит до дивана и со стоном падает на подушки. То есть шоу продолжается? Окей. Значит, будем делать весело и громко. Как захотела.

— Так все ясно, — говорю с плохо скрываемой угрозой в голосе и выдёргиваю из столешницы нож. — Можешь лежать, пока я пью кофе. Потом я завезу тебя в ближайшую клинику и поеду в офис.

— Зачем в клинику? — пугается Вика. — Мне просто день отлежаться. Может, два… — жалобно.

— Так ты же БОЛЕЕШЬ! — выделяю последнее слово. — А я не врач! И не могу рисковать твоим здоровьем. Или ты врешь? — прищуриваюсь.

— Нет, — испуганно мотает головой и сглатывает.

Дура. Жалкая дура.

Через пол часа я, как и обещал, упаковываю ее на заднее сидение машины под красноречивым взглядом своего безопасника.

Сам сажусь вперёд.

— Куда едем? — интересуется Валерий.

— Есть тут по дороге какая-нибудь клиника нормальная? — спрашиваю, впервые в жизни испытывая желание оправдаться перед сотрудником за то, что выхожу утром из дома с женщиной. Просто не комильфо.

— Травматология? — удивленно ползёт вверх его интонация.

— Нет, — качаю головой. — Просто терапевт или ты уже выздоровела? — ухмыляюсь, оборачиваясь на Вику.

— Нет, — фыркает зло и обижено.

— Найдём, — едва сдерживаясь от смеха, качает головой Валерий и заводит машину.

Все-таки пару раз по дороге мы действительно останавливаемся на обочине, потому что Вику тошнит. Но это не имеет никакого отношения к болезни. Обычное похмелье.

— Позвонишь, расскажешь, как дела, — говорю Саратовой, доигрывая эту партию до конца и собственноручно оплачивая в регистратуре приём терапевта.

— Обязательно, — шипит она, выдергивая у меня из рук бумаги, резко разворачивается и уходит вглубь коридора.

Я смотрю ей в спину и действительно не понимаю, почему нельзя было уйти красиво. Или я так сильно похож на идиота, готового повестись на манипуляции? Милая, где вы все учились, я преподавал.