Семья Звонаревых. Том 1

Поднялся страшный вой. Солдаты смахивали с лиц едкую жидкость и тем ещё больше усиливали обжигающее действие. Острый запах серной кислоты всё усиливался.

– Не растирайте руками, дурни, кислоту по мордам. Смывайте её водой, – скомандовал офицер.

Многие солдаты были тяжело изувечены крепкой кислотой.

По распоряжению офицера дом тщательно обыскали, удалось задержать ту женщину, которая облила серной кислотой. Она была ещё совсем молода, миловидна, но держалась смело до дерзости.

– Убивайте меня, палачи, но мои метины на ваших подлых мордах останутся до самой смерти! – дерзко бросила она в лицо офицеру и солдатам.

– Вспороть ей брюхо! – распорядился офицер. Женщину увели в сторону, задрали юбку, и кто-то из солдат полоснул штыком по её животу. Она дико закричала. Один из солдат сжалился над ней и приколол её.

С Пресненской заставы, куда с другими дружинниками попал Блохин, хорошо была видна вся улица Большая Пресня, перегороженная в нескольких местах баррикадами. Внизу, недалеко от зоопарка, уже хозяйничали солдаты. Ближе к заставе ещё виднелись красные флажки на баррикадах, но и там уже не было дружинников, и только трусость мешала солдатам снять эти баррикады. Не решаясь подойти к ним, пехота и артиллерия продолжали сильно обстреливать их. Правее горели мебельная фабрика Шмита и жилые дома. С Кудринской площади пушки били прямо по пожарищу. Огромные багровые языки взлетали всё выше и выше. Грохнул сильный взрыв, и во все стороны вместе со снопами искр разлетелись огненные головёшки. Сразу задымились крыши соседних деревянных домов. Пожар разрастался. Было видно, как десятки людей пытались гасить новые очаги огня, спасая своё жилье и имущество. Но над ними тотчас разорвалось несколько шрапнелей, и перепуганные, искалеченные люди исчезли с крыш.

В то время со стороны Ваганьковского кладбища раздался гулкий артиллерийский залп, и над пожарищем разорвалось ещё несколько снарядов.

– Вперехлёст взяли: бьют и с Кудринки, и с Ваганькова. Конец Пресне приходит. Заберут её каратели!

– Тикать отсюда надо. Иначе всех, как куропаток, перестреляют, – слышалось в толпе.

На заставу стекалось всё больше и больше дружинников. Они внимательно вглядывались в сумерки, стараясь найти выход из окружения.

– Вот что, товарищи, – обратился к ним Иван Герасимович. – Будем пробираться к Ваганьковскому кладбищу. Там, правда, стоит артиллерия, но пехоты совсем мало. Нагрянем на них из темноты с разных сторон, вызовем панику, а сами тем временем вырвемся с Пресни.

Дружинники разбились на небольшие группы и начали пробираться от заставы к Ваганьковскому кладбищу. Маленькие покосившиеся деревянные домики, дровяные склады, штабеля леса – всё это служило им хорошим прикрытием для наступления.