Семья для мажора

Принимаю душ и спускаюсь на первый этаж, где слегка разгребаю бардак.

Собираю с пола диванные подушки, на кухне убираю в ящик кастрюли.

Через раздвинутые двери с улицы слышен стрекот цикад. Звук такой, будто мы взлетной полосе.

Приглушив над гостиной свет, падаю на диван и включаю ноутбук, собираясь немного пройтись по цифрам.

На часах половина одиннадцатого.

В жизни наступил момент, когда пора задуматься о будущем. Я думал о том, чтобы переместиться столицу, оставив завод на попечение совета директоров…

Хлопок калитки где-то во дворе заставляет приподнять голову.

Минутой позже в замке входной двери начинает скрежетать ключ. Спустя еще минуту до “гостя” доходит, что дверь не заперта.

— Ой… — слышу стук каблуков по плиточному полу и тихий хрюк.

Убираю ноутбук в сторону.

Под еле различимое хихиканье на пол падает обувь.

Скрипит комод на входе.

Повернув голову, вижу, как из коридора возникает моя жена.

На ней короткая белая юбка и заправленная в нее свободная голубая рубашка. Рыжие волосы чуть ниже лопаток распущены.

Не знаю, сколько литров шампанского она выдула, но походка у нее изменилась. Медленно покачивая задницей, идет к холодильнику. Открыв ближнюю ко мне створку, ныряет в него, повисая на ручке.

Встав с дивана, подхожу ближе и прислоняюсь плечом к стене, скрестив на груди руки.

— Че, тебя уже сушит? — интересуюсь.

У ее двоюродной сестры Карины сегодня девичник. Свадьба послезавтра.

Вынырнув из холодильника, растягивает губы в полупьяной улыбке:

— Я тебя не заметила.

— Зато я за тобой наблюдаю.

Хихикает, захлопывая холодильник.

Пройдясь рукой по подбородку, осматриваю ее всю. С головы до ног. Картинка тяжестью оседает в паху.

Стройные ноги, узкая талия, охренительно пышная грудь, ложбинку которой вижу в вырезе.

Вспоминаю сегодняшнее утро, в котором было много ее стонов.

Прогулявшись до кухонного острова, проезжается по моей голой груди шаловливым взглядом, потом натыкается на букет цветов, стоящий в вазе посреди столешницы.

— Это мне? — мурлычет.

Упирается в столешницу ладонями и подтягивается на руках, чтобы ткнуться в букет носом.

— На дороге нашел, — пожимаю плечом.

Повернув голову, смотрит на меня мечтательно.

Ну она пьяная капитально.

В сексе у нас были в осном взлеты, и минимум падений. После рождения Данилы мы с ней творили много чего. До его рождения тоже. Вспоминая тот период нашей жизни я со всей ясностью понимаю, что сейчас до такой хуйни, как позволить ей поцеловать соседа, я бы просто не додумался. Это не укладывается ни в какие рамки. Ни у меня, ни у нее.

Если нашему союзу можно дать какую-то краткую характеристику, то здесь отлично подойдет слово “консервативно”. Мы офигенно консервативны.