Агент семейной безопасности

Пока что гипсовая статуя Сидора Поликарповича была обмотана гирляндами цветов, у ее ног также лежали живые цветы, а вокруг курились благовония и висели какие-то красные бумажные фонарики, православные крестики, разноцветные ленточки и стояла разнообразная снедь, начиная от чашек со свежим молоком и простоквашей и заканчивая банальным граненым стаканом с водкой и куском ржаного хлеба.

Похоже, родня у Сидора Поликарповича придерживалась самых разных вероисповеданий. Но все они дружно и мощно объединились в культе поклонения усопшему родичу.

– Он был гигант мысли! – сообщил подругам сухонький старикашка – младший брат усопшего Сидора Поликарповича. – Наша гордость. Да что там наша гордость. Сидор был гордостью всей страны! При советской власти его книги издавались многомиллионными тиражами.

– Простите, а сколько же ему было лет на момент кончины? – поинтересовалась Кира.

– Восемьдесят шесть! – невозмутимо произнес брат усопшего."

"Подруги переглянулись. Гипсовая статуя запечатлела относительно крепкого еще мужчину лет пятидесяти с волевым лицом и гордым профилем. Видимо, скульптор смотрел на свою модель внутренним зрением.

– И в таком преклонном возрасте ваш брат отправился в столь опасное путешествие? – поразилась Леся.

– Что поделаешь? – вздохнул старичок. – Сидор всегда мечтал повидать мир. И твердо решил, что увидит Индию и умрет.

– Так оно и случилось, – добавила какая-то юная девица, внезапно появившаяся в комнате. – Бедный дедушка в свои годы был совершенно здоров. И кто бы мог подумать, что эта ядовитая гадина польстится именно на дедушку!

– Ядовитая гадина – это его молодая жена?

– Господи! – воскликнула девушка. – Какая жена! Дедушка слишком любил нас, чтобы завести себе еще и жену. Я говорю об этой змее, которая его укусила. Какая-то редкая разновидность кобры, противоядия достать не удалось. А может быть, его в той глуши, куда забрался дедушка, и не было. В общем, дедушка умер от яда, который попал в его кровь.

– Но мы всегда будем помнить нашего дорогого родича, – заявил брат Сидора Поликарповича и устремил на алтарь со статуей преданный взгляд, в котором стояли слезы.

– Ты как хочешь, а мне эта история нравится все меньше и меньше! – выскочив из дома погибшего Сидора Поликарповича, заявила Леся подруге. – Что же это за напасти такие? Одного рыбы обглодали, другого болото затянуло, третий в глухой пустыне умудрился отыскать сбежавших львов из цирка, а этот бедолага и вовсе в восемьдесят шесть лет поперся навстречу своей смерти в Индию. Чего ему дома-то не сиделось?

– Знаешь, мне кажется, нам следует заняться выяснением подробностей того, как произошли эти несчастные случаи, – сказала Кира.