Скромная семейная свадьба

Как жаль, что мой спутник оказался не такой тонко чувствующей натурой, как мне подумалось поначалу.

– Отдел по регистрации магических клятв? – удивилась я. – Зачем он тебе?

– Я думал, ты догадалась, – ответил он. – Смотри. Тереса была очень слабой магичкой. На контроль родителей у нее уходили почти все силы, на тебя не хватало, так?

– Так, – подтвердила я. – И что?

– Как – что? Могла она в одиночку провернуть такое с Бруно? Особенно если учесть, что он не был ей кровным родственником, записки о влиянии на которых оставила ваша бабушка. Успехи в учебе у нее тоже были не блестящие. А значит, она наверняка привлекала постороннего мага. В таких случаях обязательно заключается магический договор, чтобы обезопасить обе стороны.

– Но они могли его и во Фринштаде заключить, – возразила я. Правда, чисто из вредности, так как была уверена, что Андрес прав. – Там этот отдел намного крупнее, меньше вероятности, что запомнят.

– Да и здесь никто запоминать не будет, – возразил Андрес. – А чтобы сделать это во Фринштаде, ей пришлось бы съездить туда дважды. Сначала записаться, так как это можно сделать только лично, а потом прийти на саму процедуру регистрации. Вряд ли у нее могло это получиться незаметно.

– Можно воспользоваться телепортом, – возразила я, хотя почти наверняка знала, что Тереса этого делать не стала бы. Наличными деньгами родители никогда нас особенно не баловали, а если Андрес прав и Тереса нанимала мага для приворота, то у нее каждый эврик на счету был.

– Можно, – недовольно согласился Андрес. – Но давай сначала проверим тут?"

"К этому времени мы совершили почти полный круг и почти вернулись к месту, где вышли из экипажа по приезде в Кестию. К центральной площади, на которой и проходило основное движение в этом маленьком городке, – там была станция дилижансов, телепортационный пункт и, конечно же, ратуша. Выходить на открытое место мы не торопились – слишком свежо еще было воспоминание о наших недавних попутчицах и об их любимых котиках. Но фьордин Нильте не было видно, так что появилась надежда, что на сегодня разговоры о живописи закончены.

В ратуше было сумрачно и прохладно. И так тихо, что я даже подумала, что мы опоздали и все уже разбежались по маленьким кафешкам, которых в центре Кестии предостаточно. Но нет, в отделе регистрации магических договоров сидела фьордина неопределенного возраста и меланхолично подпиливала ногти. Рядом с ней стояла бутылочка с ярко-лиловым лаком, которым она еще не воспользовалась.

– Добрый день, фьорда, – приветствовал ее Андрес и широко улыбнулся.

– Добрый день, – ответила она неохотно, посмотрела на нас безо всякой улыбки и даже пилочку не отложила. Рассматривала она нас как неприятную, но временную помеху. – Вы не по адресу.