Семь способов засолки душ

— Признайся, это же ты подожгла девицу на чердаке.

Ника качает головой — нет, не она конечно же. Да? А ты откуда знаешь, спрашивает другая Ника, подмигивает с чайной поверхности из чашки.

— Ну кто тебе поверит? — вторит ей Китаев. — Хотя, может, и правда не помнишь. Ты же на таблетках.

— Я их не пью давно.

— Тем более! — Китаев торжествующе вскидывает руки. — Еще бы ты что-то соображала.

— Я никого не убивала, — говорит она. — Я помню, что было на самом деле. И если надо, расскажу об этом.

— Душа моя, сама ты — вряд ли. Но не волнуйся, мы за тебя расскажем.

— Кто «мы»? — спрашивает Ника. Ее начинает подташнивать, голова кружится.

— Ты пей, пей, — говорит Китаев. Его лицо подрагивает, растекается, свет меняет цвет. Голова кружится сильнее, мир едет по наклонной в бездну.

Ничто не скребется больше, тишина.

выдох последний

Так вышло, что Рома слишком много врал по жизни.

Врал, что заболел: грел градусник на батарее и прогуливал школу. Один раз нагрел до сорока, мама чуть не раскусила.

Врал бывшей, что занят по работе, а сам ехал на охоту. Что стоило сказать правду?

Врал, что есть деньги.

Врал, что не устал, что все в порядке, что все его устраивает.

Зачем-то врал, когда Ника спросила про зубные щетки, глупо же. Ну, бывшая забыла, и что с того? Они не так давно разъехались, а Рома не так часто убирался. Но начал врать про друга, хотя перед Никой он уж точно отчитываться не должен. Начни он отчитываться перед каждой бабой, чьи сиськи видел, оправдывался бы до поросячьей Пасхи. И главное, потом от бывшей ему упало сообщение: уже нашел себе кого-то, я смотрю. Тебе-то, блять, какая разница. Сама сказала, что хочется перспектив, тусовок на разрыв, Мальдив. А у Ромы только сестра зависимая и работа мясником. Ну окей, к нему что за предъявы? Рома ничего ей не ответил. Стоит написать хоть слово, выслать хоть один смайл, и будут его отчитывать до завтра. Или предложат приехать, но ни того, ни другого Роме не хочется.

Китаеву он тоже врал.

После визита Светы с ее бубенчиком на шее он начал собирать информацию. Оказалось, что компания, распространявшая брошюры, была связана еще с несколькими ООО, которые занимались вещами более приземленными. Все они так или иначе вели к бывшим членам «Сияния», а от них — к вдове Дагаева и дяде Толе Китаеву. К нему-то Рома и устроился."

"Дядя Толя отнесся к просьбе с пониманием, мол, сам таким же был, бабки по молодости всегда нужны. На точке Рому познакомили с Наташей. Она оглядела Рому, поправила рукав, спрятав синий полукруг татуировки. А ты близок с Анатолием, спросила она. Дядя мой, ответил Рома, не вдаваясь, что дядя троюродный, далекий. Наташу это впечатлило. Сама она работала за небольшую сумму, практически на энтузиазме. Но Рома никогда не видел, чтобы так старались.