Невеста по пятницам, или Семь пятниц на неделе

И наш Тео, в отличие от Матиса, не спускает с неё взгляд. Я даже засомневался, спектакль ли это, или у него действительно есть чувства. Что скажешь?

– Адель настолько перетянула на себя внимание, что я не успела составить однозначного мнения об отношениях Теодора и Николетт. Между ними гораздо больше близости, они не смотрятся совсем чужими, как Матис и Адель. Но я, конечно, не готова вот так сразу поверить, что Тео влюблён, а, тем более, помолвлен.

– Что ж, в следующую пятницу у нас будет возможность всё выяснить.

Дороти зашла в комнату Николетт бесшумно, на цыпочках.

Николетт, одевавшаяся к завтраку, не сразу заметила крадущуюся служанку и аж вздрогнула, когда та прошептала своим совсем не тихим шёпотом.

– Госпожа, можно я это у вас спрячу?

В руках у Дороти действительно были ружьё и топор. Она воровато огляделась и сунула свою ношу под кровать. При этом выглядела такой довольной, какой Николетт её ещё ни разу не видела.

– Хочу после завтрака в лес за дичью и дровами сходить. А то без дела умереть можно.

– Ты где это взяла? – у Николетт промелькнули недобрые мысли.

Дороти расплылась в счастливой улыбке:

– Кто «он»? Лорд Теодор?

– Ну, что вы, госпожа, конечно не лорд, а этот надменный, чопорный столб в ливрее.

– Что же ты так невежливо о Филимоне?

– А как ещё? Иду я сегодня утром на задний двор. Думаю, проверить нужно, всё ли в порядке. Может, колесо у телеги сломалось, или ещё чего починить надо. Ещё даже из замка не вышла, а навстречу он. Как увидел меня, стал столбом, смотрит недовольно, как конь, которому овса недосыпали. Ух, породистый! – она погрозила кулаком. – И говорит с надменностью: «Что же вы так рано поднялись, сударыня? Думал, будете до обеда спать, после того, как с господами весь вечер развлекались».

Николетт невольно улыбнулась. Это, что же, Филимон ревнует Дороти к Матису? А с виду такой непробиваемый.

– А я плечи расправила, – Дороти выпятила вперёд свою пышную грудь, демонстрируя, как именно она «расправляла плечи», – и говорю: «А что же мне, сударь, остаётся делать, как не с господами развлекаться, если вы не соблаговолили выделить мне топор и ружьё, чтобы я могла делом заняться?!». И пошла дальше, чуть-чуть задев его плечом, – Дороти снова продемонстрировала, как она это сделала.

Бедный Филимон. Какое испытание для его королевской выдержки.

– Когда вернулась к своим покоям, он уже меня дожидался. Говорит: «Вот то, что вы изволили желать, сударыня».

Смело. Николетт прониклась к дворецкому уважением.

– А прятать-то это всё зачем?

– Ну, как же, госпожа? Лорд Теодор велел мне вплоть до пятницы столоваться за господским столом, чтобы светские манеры закрепить.