Семь дней до Мегиддо

Ну и что? В Китае нет телефонных линий? Лучше вот что скажи… – Отец зажал трубку ладонью и шепотом спросил: – У тебя есть виски?

Я кивнул.

– Ты на работе еще? Прекрасно. А тебе врачи пить не запретили? Хочу угостить каплей хорошего вискарика.

Хорошего? Откуда мне знать, хороший ли он. Тем более, для человека, у которого есть «референт» – ну, то есть секретарь и порученец в одном лице.

– Нет, прямо сейчас. Я живу там же, где и раньше. Только лучше в девятую квартиру загляни. Да нет, сейчас. Как семья, кстати, как сын?

Мне показалось, что сейчас отец как-то незаметно надавил на собеседника. Что-то тому напомнил.

– Ну и хорошо. Добро. Жду.

Он положил трубку, а я смотрел на отца и видел его таким, как десять лет назад. Когда он работал в министерстве и таскал три сотовых телефона в карманах.

– Минут через двадцать приедет, – сказал папа и долил себе остатки пива. – Он недалеко работает. Подумай пока, что именно хочешь спросить.

– Пап… – сказал я.

– Чудес не жди, на самом-то деле, – отец вздохнул. – Но человек знает очень многое. И он мне обязан.

– Был, – сказал я.

Отец кивнул:

– Я однажды кое-что для него сделал. Он обязан и еще несколько часов будет обязанным.

– Оказанная услуга ничего не стоит, – сказал я фразу, которую отец любил повторять раньше. – Почему ты думаешь, что он еще должен?

– Потому что исключения есть из любого правила, – ответил отец. – И даже строя жизнь по правилам, надо всегда учитывать исключения… Чудес не жди, сын. Есть вещи, которые никогда не рассказывают. И рассказанное не всегда помогает решить вопросы. Но всю информацию, которую ты вообще смог бы получить, – ты получишь.

– Спасибо, – только и сказал я.

Отец улыбнулся. Спросил:

– У меня сильно мятый вид?

– Норм, – покривил я душой.

– Найдешь мне рубашку? Не хочу подниматься, мать заподозрит неладное… Да, и покажи, что за виски у тебя?

Я достал из шкафчика коробку, показал.

– Пойдет, – решил отец. – Я когда-то с его дедом начинал работать, он меня и научил виски любить. Потом дед ушел на пенсию, а внук под моим началом стал работать…

Отцовский гость приехал через полчаса. С отцом он обнялся и сказал положенные слова: «Замечательно выглядишь», «Ничуть не изменился», отец ответил: «Заматерел» и «Теперь вылитый дед, прорезалась порода!» Мне гость пожал руку, посмотрел с живейшим любопытством, и я понял, на что были потрачены лишние десять минут.

Ему успели подготовить справку обо мне.

Даже без интернета."

"Мы прошли на кухню, отец что-то оживленно говорил, вспоминал… но я обратил внимание, что он ни разу не назвал гостя по имени. Был тот куда моложе, лет сорока – сорока пяти, худощавый, в очках с тонкой оправой, постоянной легкой полуулыбкой на лице.