Семь дней до Мегиддо

Когда мы с Наськой остались одни, я получила доступ к базе знаний хранителя и многое поняла… в общем, создать уничтожителей или бойцов так быстро невозможно. Даже эти были сделаны ускоренно и обречены.

– Боец сказал, что умрет к утру… – подтвердил я.

– Вы уничтожили тех, кто был в процессе подготовки. А новых надо еще завербовать, причем объяснить им, что они смертники…

– Завербовать?

– Только добровольцы, – подтвердила Дарина. – Ты удивишься, сколько желающих стать Измененным… хотя бы ненадолго. И все равно потребуется три-четыре дня. Скорее всего, новых монстров в запасе нет.

– Тогда надо выждать два дня, вы отправите стратега…

– Да, – согласилась Дарина, не отреагировав на «отправите».

– Я поживу у вас, – предложил я.

– Максим, у нас нет концентрата мутагена. Ты ничем не поможешь, если все-таки случится нападение. Сейчас всё хорошо. Давай не будем говорить о плохом…

Дарина присела, провела ладонью мне по груди. Сказала:

– Пойду посмотрю, как Милана. Наська должна была справиться, но я проверю.

– Дарина… – неловко сказал я, глядя на ее коленки. Про то, как себя чувствует Милана, я спросил первым делом, как только понял, что живой. И это меня грызло.

– Максим, я не сержусь. Я всё понимаю. Она – человек, я – нет. У меня даже ребенка от тебя не может быть.

– И не надо, – сказал я. – Наську удочерим, я к ней уже привык.

– Ох уж нет, – жница рассмеялась. – Ты не представляешь, какая она заноза… Максим, я правда не сержусь. Хватит об этом говорить. Я даже не буду против, если у вас с Миланой… ну, продолжатся отношения.

Она встала, я поймал ее за лодыжку.

– Подожди…

– Тебе надо отдыхать, – Дарина погрозила мне пальцем. – Набирайся сил, герой.

Комбинезон она натянула за несколько секунд, потом пригладила короткий ежик волос и вышла. Я остался лежать.

Ну, наверное, мне надо порадоваться. Да?"

"Знаю толпу ребят, которые воскликнули бы завистливо: «Блин, вот повезло-то!»

Я сел, дотянулся до полупустого термоса с питательным субстратом, которым меня отпаивала Дарина. Морщась, выпил пару глотков. Голова слегка кружилась, и руки подрагивали. Но жница сказала, что это пройдет. Это восстанавливаются поврежденные нейроны, с ними всегда сложнее всего. При несостоявшемся Изменении сильнее всего страдает мозг.

О моем состоянии говорит то, что я даже не отреагировал на эту информацию.

Неспешно одеваясь (вместо полусгоревшей рубашки Дарина выдала мне новую), я с любопытством оглядывал комнатушку. Мебели тут практически не было, спала Дарина на полу, одеждой ей служил комбинезон. Интересно, хоть сменка есть? Вряд ли, он же самоочищается и восстанавливается.

Только в углу стояла тумба, обычная конторская тумба на роликах, какие ставят под офисные столы.