Селфи на балконе

Он смотрит, а я краснеть начинаю. Поэтому лучше отвернуться. Так спокойнее и нет желания вспоминать его легкий чмок.

— Потанцуем? — раздается над ухом мужской приятный голос, и я подпрыгиваю на месте, рукой задевая наполненный до краёв стакан.

Тот расплескивается, и несколько капель брызгают на меня.

Фух.

Хорошо еще, что платье черное. Считай, пронесло.

Зато, какой у меня появился отличный повод сбежать в туалет, чтобы прилюдно не обжиматься с накаченным телом Корнеева.

— Ой, какая я неловкая. — встаю на ноги, пытаясь салфеткой оттереть невидимое никому пятно. — А где здесь…?

— Я провожу.

— Корнеев, не стоит. Сама смогу дойти.

Мы стоим, напротив, друг друга, и буравимся взглядами. Детский сад, конечно, но проигрывать я не собираюсь.

— Ната!

— Корнеев!

— Друзья, к микрофону рвется наш общий друг Назар, и кажется, он придумал что-то мега интересное для нас.

Я слышу чей-то голос в динамиках, но понять ничего не могу, зато улавливаю знакомое имя, которое ничего хорошего сулить не может.

Не успеваю вздохнуть, как Корнеев снова хватает меня под руку и уводит в другую сторону.

Мы бежим вперед, сбивая молодежь, словно они кегли, и я даже спросить не успеваю, от кого мы бежим и где конечная точка маршрута.

Вот по лестнице спускаемся на первый этаж.

— Только не говори, что увидел свою бывшую, и решил как можно скорее сделать ноги.

Корнеев фыркает, и глаза закатывает.

Что? Бывших нет на горизонте?

Даже странно.

— Суханов петь собрался, а ты как друг, позориться не хочешь?

Должна же быть причина такого марафона.

— Сухой не просто так на сцену поперся. Его обычно туда не закинешь, а тут сам.

— Мы сваливаем, потому что он? — спрашиваю, прежде чем я слышу голос Суханова.

— Потому что этот идиот, что-то придумал.

— Красотка, эй!?

— Красотка!

Делаю вид, что не слышу, и уже сама тяну Корнеева к выходу.

Надо валить.

Нужно как можно скорее оказаться рядом со своими вещами.

Нужно успеть оказаться на улице перед тем, как «красотка» решит оторвать голову ведущему, который в микрофон разговаривает.

— Супергёрл и её домашний хомяк с укладкой, я вас нашел!

Корнеев- хомяк с укладкой?

Блин, как можно такое пропустить?

Без проблем, я остаюсь.

— Сухой, мать твою. — Сквозь зубы цедит брюнет.

Нееее. Я точно не уйду. Барин злится, а мне нравится видеть искры в его глазах. Это весело.

Впрочем, веселиться долго мне не приходится. Корнеев кладет руку мне на талию, и прижимает к себе, удерживая рядом.

Тут мой мозг зависает и выдает системную ошибку, а на заднем фоне, что-то кричит Назар и его группа поддержки.

Дур. Дом.

Суханов уже спрыгивает со сцены, и теряется в толпе, когда брюнет, все так же, не отпуская мою руку, идет в самую гущу, орущей и хлопающей нам молодежи.