Селфи человека-невидимки

А вот у меня здесь в уголке зонтик стоял, а теперь его нет… это не вы ли его прихватили?

Такое неожиданное обвинение выбило почву из-под ног старухи. Она попятилась, от возмущения широко разевая рот, как выброшенная на берег рыба, но тут снова раздался сигнал домофона.

– К вам пришел кто-то! – старуха, обретя дар речи, показала на домофон.

– А это вас не касается! – Леня продолжал теснить ее из квартиры.

– Ответить надо! – не сдавалась старуха.

Леня левой рукой снял трубку домофона, поднес ее к уху и сдавленным голосом проговорил:

В то же время правой рукой он вытолкнул старуху из квартиры и захлопнул за ней дверь.

– Иннокентий! – раздался в трубке смутно знакомый голос.

Опять Маркиз испытал чувство дежавю. Всего несколько минут назад он сам звонил по этому домофону, услышал глухое: «Кто», произнесенное невнятным голосом, и назвался Иннокентием. Только на этот раз, похоже, в домофоне прозвучал голос настоящего Иннокентия, владельца злополучного мини-вэна.

Как бы то ни было, отсюда нужно скорее уходить! Уходить, пока его не застали рядом с трупом… тогда на него непременно повесят убийство Алисы…

Леня прижался ухом к двери и услышал за ней тяжелое старческое дыхание. Бдительная старуха караулила его под дверью, а внизу у подъезда затаилась ее подруга. Да еще Иннокентий…

Нет, этим путем сбежать не удастся!

И тут Маркиз сообразил, что тот, кто ответил ему по домофону, был в такой же ситуации. На лестнице Леня никого не встретил, значит, тому человеку удалось уйти. Но как? В этих типовых домах второй выход из квартиры не предусмотрен!

Леня на мгновение задумался, а затем бросился к окну, отдернул штору и увидел за ней неплотно закрытую балконную дверь.

Вот он, второй выход из квартиры. Пусть и очень ненадежный, пусть и опасный, но выбора у Маркиза не было, если он не хотел закончить день в тюремной камере.

Прежде чем покинуть квартиру, он снова взглянул на Алису. Теперь, когда шторы были раздернуты, Леня смог лучше рассмотреть мертвую девушку. Широко открытые глаза смотрели в пустоту, рот был перекошен, одна рука вцепилась в подлокотник кресла, другая безвольно висела вдоль тела… нет, не безвольно, кулак был сжат, и из него виднелся уголок какой-то бумажки.

Леня шагнул к трупу, преодолевая отвращение, разжал окоченевшие пальцы и взял клочок бумаги. На нем был записан адрес этой квартиры. Маркиз сунул листок в карман, чтобы изучить его на досуге, вышел на балкон и огляделся.

Балкон выходил на заднюю сторону дома, так что снизу Леню никто не видел. Но как отсюда уйти?

Проще всего встать на балконные перила, подтянуться и забраться на балкон верхнего этажа. Для бывшего циркового артиста это не составило бы труда.