Селфи человека-невидимки

Высокая блондинка сидела совершенно неподвижно, глядя сквозь Леню широко открытыми немигающими глазами, каких не встретишь у живого человека. А на горле красовалась тонкая багровая полоса, словно галстук-шнурок.

У Лени проскользнула совершенно неуместная мысль, что такие галстуки очень давно вышли из моды. А следом за первой мыслью возникла вторая, более своевременная. Он подумал, что никакой это не галстук, что такая полоса называется на профессиональном жаргоне криминалистов странгуляционной бороздой. Следом одна за другой пронеслись еще несколько мыслей.

Во-первых, что он опоздал и уже не сможет поговорить с этой неуловимой блондинкой, а значит, не узнает, зачем она фотографировала в аэропорту господина Рагузинского – или как там его зовут на самом деле. И кто ей это поручил.

Во-вторых, что кто-то успел навестить Алису раньше него и сделать так, чтобы она замолчала – замолчала навсегда, унеся в могилу все свои секреты.

Но самой неприятной, самой опасной была третья мысль.

Ведь когда он позвонил в эту квартиру по домофону, ему кто-то ответил. Кто же это был? Сама Алиса, которая тогда еще была жива? Или тот, кто ее убил?

В любом случае это значит, что Алису убили только что, буквально за минуту до его прихода. А это значит, что убийца только что был в этой квартире… а может быть, он и сейчас здесь…

От этой мысли по Лениной спине пробежал холодок.

Маркиз обернулся к окну. Ему показалось, что слева штора чуть заметно шелохнулась… впрочем, может быть, ее пошевелил сквозняк…

В это время в прихожей раздался звонок, не похожий на трель дверного звонка. Леня понял, что кто-то нажал кнопку домофона, кто-то пришел к Алисе…

Если его застанут здесь, в этой комнате, рядом с еще не остывшим трупом – он не сможет оправдаться, не сможет доказать, что не он убил эту девушку!

Леня шагнул к двери…

И едва не налетел на старуху, которая заглядывала в дверь квартиры.

Это была одна из двух бдительных старух, которые сидели возле подъезда.

– А я иду, смотрю – дверь не закрыта, – проговорила старуха приторным голосом. – Это ведь непорядок… думаю, мало ли, что тут случилось? Сейчас время такое беспокойное…

– Непорядок, что вы в чужие квартиры заходите без разрешения! – выпалил Леня, загораживая старухе обзор, чтобы она не увидела кресло и сидящую в нем мертвую Алису. – Люди после трудового дня культурно отдыхают, а вы им мешаете! Это знаете, как называется? Это называется антиобщественное поведение!

– А если люди культурно отдыхают, так положено двери на замок закрывать! – не унималась старуха, пытаясь оттеснить Леню и заглянуть в комнату.

– Это уж наше дело, закрывать или не закрывать! Мы в своей квартире делаем, что хотим.