Селфи человека-невидимки

Не дай бог, какая авария или несчастный случай, тогда остальным пассажирам полные кранты – перекроет тетка проход, как в древности спартанцы – Фермопилы, что персам не пройти никак. Не их вина, что нашелся предатель и провел персов секретной тропой.

Были походки быстрые, летящие, когда женщина ступает легко, будто едва земли касается. И смотрит только вперед, потому что торопится увидеть того, кто ждет ее у выхода, и рукой машет, и улыбается счастливо – вот она наконец тут, рядом, и больше он ее одну никуда не отпустит. Были походки скучные, когда женщина шаркает ногами, будто сил нет их от земли оторвать, и смотрит в пол, и сутулит спину. Но такие в самолете летают очень редко, и то только местными рейсами, а никак не в Женеву.

Перебрав все походки и машинально отрепетировав их перед зеркалом, Лола подумала, что ни одна из них не подходила к данному случаю.

Начнем сначала. Значит, выходит человек из самолета и куда идет? За багажом. Хотя нет, сначала он проходит паспортный контроль, а уже потом за багажом, и то многие чаще всего небольшой чемодан или сумку с собой в самолет берут, чтобы не ждать. Женева – не Турция, не Испания и не Кипр, люди туда летают в основном по делам, одежды с собой много не берут…

Значит… нужно искать тех пассажиров, которые проходили вместе с этим типом паспортный контроль. Посмотреть в базе данных, кого одновременно с ним проверяли.

– Какая я умная, – сказала Лола и улыбнулась себе в зеркале с чувством легкого превосходства.

Что-то ей в своей улыбке не понравилось, она повернула голову и оглянулась через плечо, добавив в улыбку малую толику загадочности. Да, так гораздо лучше.

– Мурр-мм! – послышалось снизу, и что-то мягкое и пушистое коснулось Лолиной ноги.

Кот Аскольд смотрел серьезно и неодобрительно, так что Лола сразу поняла, что не время сейчас заниматься оттачиванием улыбок, потому что у Леньки и правда очень трудный заказ, и как бы не вляпался он в неприятности.

Лола Аскольду доверяла, так что полностью с ним согласилась и стала перебирать в памяти всех знакомых, кто хоть как-то связан с аэропортом Пулково или вообще с самолетами. И очень скоро вспомнила, что у ее подруги Милки Мышкиной (то есть она теперь не Мышкина, а как-то по-другому, потому что вышла замуж и осела дома с двойней), так вот, у Милки, кажется, была сестра. И эта самая сестра не то летала стюардессой, не то вышла замуж за летчика, в общем, что-то такое было.

– Аскольд, ты прав, нужно действовать! – сказала она коту, нажимая кнопки мобильного телефона. – Если мы не вмешаемся, Леня без нас пропадет!

Кот мигнул изумрудными глазами, выражая непонятно что, но Лола уже услышала, что ей ответили.

– Милка, это я, Ольга, – сказала она.