Сейчас и навечно

Ни один мужчина не улыбался мне так, как ты улыбаешься сейчас. Это почти слишком.

Улыбка Сойера померкла, а затем и вовсе испарилась, когда он заметил слезы в моих глазах.

– Дарлин, что не так?

– Это слишком. – Я отложила меню. – Это место. Оно чересчур хорошее. Ты потратишь на меня чересчур много.

– Потому что… – Слова застряли у меня в горле. – Это нечестно по отношению к тебе.

– О чем ты говоришь? Я хочу быть здесь с тобой. Хочу потратить на тебя деньги и…

Я отчаянно затрясла головой, и мои слезы полились еще быстрее.

– Нет. Нет, ты не должен. Ты усердно работаешь, заботишься о Ливви, а я просто… я не та, за кого ты меня принимаешь, и мне жаль. Это была ошибка. Мне так жаль, но я должна уйти. Я должна…

– Вы готовы сделать заказ?

– Нет. Мне нужно уйти.

Я вскочила на ноги, и стул громко заскрипел по полу. Посетители за другими столиками теперь смотрели на нас. Официант удивленно приподнял брови.

– Дарлин… – Сойер облокотился на стол. – Что происходит?

– Я не могу это сделать. Это неправильно, и я просто… не могу.

Я схватила сумочку, висящую на спинке стула, но эта чертова вещь зацепилась. Со всех сторон раздавались перешептывания и хихиканье.

– Нет-нет, это не из-за него, – громко высказалась я. – Не из-за него. Он замечательный. Он… – Я посмотрела на Сойера, во взгляде которого застыло замешательство. – Это правда, Сойер. Ты удивительный человек, и мне очень жаль…

Я резко сдернула сумочку, опрокинув стул, и, спотыкаясь, выбежала из ресторана.

На улице я ускорила шаг, стуча каблуками по асфальту, как вдруг мою руку сжали.

– Дарлин, постой. – Сойер заставил меня остановиться и повернул, чтобы я смотрела на него. – Ты пугаешь меня. Что случилось?

– Ничего, – солгала я, содрогаясь от собственной трусости. – Я не могу рассказать тебе. Не могу. Пожалуйста… мне надо идти.

– Нет, – жестко ответил он, и его темные глаза сузились. – Ты должна объяснить, что за чертовщина происходит. – Черты его лица немного смягчились, когда он задал мне следующий вопрос: —Ты в порядке? Ответь мне.

– Я… я не могу… – прошептала я. – Не хочу…

Его челюсть сжалась, и он на мгновение отвернулся.

– Все дело в… другом парне? – строго спросил он.

Я застыла, абсурдность этого вопроса сбила и повергла меня в шок.

– Это… как его там? Макс?

– Уверена? Ты упоминала его пару раз, и он постоянно тебе пишет…

Сойер осекся, нервно проведя рукой по волосам.

– Проклятье, Дарлин, я не хотел показаться тем самым парнем. Ревнивым засранцем. Поэтому никогда и не спрашивал тебя о Максе или о том, куда ты ходишь по вечерам. Это было не мое дело, но потом случилась танцевальная студия, и теперь мне кажется, что мое. То есть… я не говорю, что тебе нельзя видеться с другими людьми. Между нами еще ничего не ясно.