Сейчас и навечно

 – Так она веселая? Тебе нужно немного повеселиться. Ты отчаянно в этом нуждаешься.

– Подожди-ка, – на лице Джексона засияла победная улыбка. – За все пять лет нашего знакомства, ты никогда не употреблял слово «девушка» в моем присутствии.

– Потому что я никогда их не хотел.

– У меня нет подруг, и я не собираюсь заводить случайные интрижки из-за Ливви. Не могу просить Елену присматривать за моим ребенком чаще, чем она уже это делает, пока я буду бегать на свиданки. Я и так уделяю Оливии недостаточно времени.

– Как благородно, мой друг. И глупо, – сказал Джексон. – Тебе нужно выпустить пар, иначе ты сойдешь с ума. Помнишь Фрэнка? Со второго курса? Он только и делал что учился. Его поймали, когда он употреблял дурь в перерывах между занятиями.

– Я не собираюсь употреблять наркотики, черт возьми. У меня есть ребенок.

– Да я не об этом, но юридическая школа и так ломает людей. А ты сам себя загоняешь в могилу.

– У меня все под контролем.

Джексон собирался продолжить спор, но затем, на мгновение уставившись на меня, вернулся к своим упражнениям.

– Так чем занимается эта Дарлин?

– О, значит, гибкая. Приятный бонус.

Я бросил на него грозный взгляд.

– Это хобби. А так она массажистка.

Джексон резко опустил руки и посмотрел на меня через зеркало. Я ответил тем же.

– Иисусе, чувак, ты растерял все свои навыки? Скажи ей, что ты напряжен, – что, кстати, правда, – и что она может попрактиковаться на тебе. Я должен тебе все разжевывать? Дьявол, если ты не собираешься с ней встречаться, то, может, я начну.

Внезапный прилип крови к лицу потряс меня, и трос выскользнул из рук, с лязгом ударившись по раме.

– Ого, полегче, тигр, – бросил Джексон, – я пошутил. Ревнуешь, да?

– Что? Нет… дерьмо, просто устал. Осталось всего несколько недель до экзамена, а через два месяца я смогу подать прошение, чтобы мое имя внесли в свидетельство о рождении Оливии. А пока… – Я пожал плечами и снова схватился за трос.

– Ничего, – вздохнул Джексон. – Ладно. Но не вини меня, если твой член иссохнет и отвалится за ненадобностью.

– Буду иметь в виду.

Джексон широко улыбнулся.

– Что насчет всего остального? Как поживает твой стипендиальный фонд?

– Мелочи, – произнес Джексон. – Как Оливия?

– Идеальна, как и всегда.

– А Молли? Никаких новостей?

– Нет. – Трицепсы горели от усилий, которые я прикладывал на тренажере. – Как работа в «Нельсон и Мердок»? – задал я вопрос, прежде чем Джексон спросил бы что-то у меня. – Прошло два месяца. Они уже сделали тебя своим партнером?

– Это вопрос времени, – ответил Джексон, возобновив тренировку.

Я шутил лишь наполовину: Джексон – гениальный налоговый юрист, но я никогда не сказал бы об этом вслух. Его наняли на работу сразу, еще до того, как пришло уведомление об успешной сдаче экзаменов.