Седьмое небо в рассрочку

Я останусь в стороне, а их посажу за мошенничество и воровство в особо крупных размерах. И за подделку документов, за связь с криминалом. Выдержат они многолетнее тюремное заключение? Не-а, даже суда не выдержат, когда на них свалится количество преступлений. Потом мы тебя похороним. С почестями. Будешь идти в своей прокуратуре по лестнице и случайно скатишься по ней. Ты поняла? Я спрашиваю: поняла?!

Куда уж доходчивей объяснить! Ксения зажмурилась и, преодолевая желание плюнуть в его перекошенную рожу, согласно кивнула несколько раз. Тогда он выпрямился, отер ладонью лицо и закончил излюбленной фразой, ставшей слоганом нового рыночного времени:

– Извини, ничего личного, только бизнес.

В данном случае чужие деньги забрали ее свободу, а родители об этом не подозревали. Как ни странно, его можно было понять: выпустив Ксению из лап, автоматически он подставлял себя под удар и правоохранительных органов, и сообщников. Пожалуй, сообщники пострашней органов, эти в статьи законов не будут тыкать пальцем, их не перекупишь, они попросту уничтожат.

Итак, она сдалась в плен и перебралась в отдельную комнату, с мужем впоследствии у них завязалась… дружба, как в пятом классе средней школы.

– Я тебя спрячу, – пылко воскликнул Шатунов.

– Найдут, – заверила Ксения. – Свидетелей не отпускают, я тебе полдня об этом толкую. И не предлагай убрать их – долго придется работать уборщиком, это бесперспективно. Да и у тебя невелики шансы дожить до старости. Но выход есть: обманывать. Мне четвертый десяток, поэтому от ребенка не откажусь, это не подлежит обсуждению…

– Как? Куда ты денешь живот?

Ему казалось, положение безнадежное, если только не исчезнуть бесследно. С другой стороны, человек всегда оставляет след, а тот, кто умеет искать, обязательно, по закону подлости, на этот след наткнется. Но Ксения пришла к нему с готовым решением, ее глаза азартно блистали, губы улыбались, значит, она не сомневалась в успехе. А он… он легко поддался ее настроению, потому что вера в успех душе ближе.

– Я сама денусь, – ворковала Ксения, забравшись к нему на колени. – Моя подруга терапевт, она сшила мне дивную историю болезни туберкулезом, я почти при смерти. Сейчас фиксируются новые вспышки этой болезни, в основном ее переносят зэки. А я по роду службы общаюсь с заключенными и подследственными, поэтому никого не удивит, что подхватила чахотку. Я поеду лечиться куда-нибудь, где есть хвойный лес. Лечение длительное, не менее полугода, а то и год, как раз уложусь в сроки. Сейчас три месяца, через пару недель нужно ехать, иначе будет заметно.

– Потом ты заберешь ребенка и усыновишь его, видишь, как все примитивно просто? А я буду выжидать, когда смогу нанести ответный удар Толику. Бить нужно всех разом и наповал.