Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Неужто Ло Бинхэ и впрямь пять лет напролет обнимался с телом, подобным сброшенной коже, в которой его былой обладатель более не нуждается?

Внезапно от голоса Ло Бинхэ повеяло стужей:

– После того, что случилось в городе Хуаюэ, я поклялся, что больше никогда не расстанусь с учителем в этой жизни. И все же позволил кому-то похитить вас.

В его наливающихся алым зрачках полыхнул яростный огонь. Отброшенный меч взвился в воздух, пронзив нескольких безуспешно пытающихся сопротивляться «людей». Отчаянные вопли вновь наполнили воздух, и Шэнь Цинцю, не в силах долее выносить это, сердито бросил:

– Прекрати сходить с ума! Хоть это и сон, тем самым ты наносишь непоправимый вред своей душе! Только не говори, что забыл, как я говорил тебе об этом!

Разумеется, Ло Бинхэ ничего не забыл. Он уставил пламенный взгляд на Шэнь Цинцю, прежде чем внезапно схватить его за запястье. Он довольно долго молчал, прежде чем ответить:

– Я знаю, что это сон. Лишь во сне вы бы стали так на меня браниться, учитель.

При этих словах Шэнь Цинцю словно очнулся от забытья: да что он городит, в самом деле!

Зачем опять поддался порыву, зная, к чему это приведет? Ведь ему превосходно известно: если не собираешься отвечать на чьи-то чувства, не стоит давать ему ложную надежду, ведь чем слаще посулы, тем горше разочарование! Продолжая витать в облаках, он лишь слетит с катушек на пару со своим полоумным учеником!

Пусть это и сон, он попросту не имеет права на подобную беспечность! Пора сделать решительный шаг, пока эта двусмысленность не довела его до беды! С этой мыслью Шэнь Цинцю решительно выдернул руку из пальцев бывшего ученика и, придав своему лицу как можно более правдоподобное выражение отстраненности и недосягаемости, развернулся и двинулся прочь."

"Похоже, этим ему и впрямь удалось застать Ло Бинхэ врасплох: тот некоторое время молча таращился ему в спину, прежде чем сорваться с места, чтобы в два прыжка нагнать заклинателя.

– Учитель, я знаю, что ошибался!

– Если понимаешь это, то зачем преследуешь меня? – холодно отозвался Шэнь Цинцю.

– Я уже давно сожалею об этом, – путаясь в словах, затараторил Ло Бинхэ, – но все никак не мог подобрать слов, чтобы признаться. Вы все еще гневаетесь на вашего ученика за то, что он довел вас до саморазрушения души? Но я полностью восстановил все меридианы учителя, поверьте, я не вру! А когда я смогу переступить порог Священного мавзолея, то непременно найду способ воскресить вас, учитель!

Шэнь Цинцю медлил, раздумывая про себя, стоит ли ему высказаться порезче, чтобы пресечь эту идею на корню. Он так и не успел определиться, когда Ло Бинхэ внезапно бросился к нему, обнимая со спины с такой силой, что, казалось, он не отцепится, даже если Шэнь Цинцю примется с воплями кататься по земле.