Сделка с врагом. Ответ на измену

Такие люди признают только силу, а я в его глазах — слабачка со странными идеалами. Та, кто ставит чужие жизни выше собственных желаний. Ведь будь я эгоисткой, давно бы послала Зотова далеко и навсегда, собрала документы и исчезла в закате, наплевав на угрозы и больных детей.

— Зачем вам любовник, Арина? — спрашивает мужчина, когда мы вновь остаемся одни. — В чем суть провокации?

А черт его знает?

Отомстить мужу его же оружием?

Да.

Подпортить ему репутацию?

Тоже бы не отказалась

Провернуть обман и унизить?

Еще как.

Я добрая и жалостливая к беззащитным и детям. К тем, кто вытирает об меня ноги сочувствия нет.

— Я хочу выставить себя гулящей женщиной, — заявляю четко и с удовольствием ловлю искорки удивления, загорающиеся в графитовых сумерках мужских глаз. —Зотов сказал, что я вернусь в Петербург с «наследником» через четыре — пять месяцев. Получается, что в данный момент я должна быть уже беременна. Так вот, моя связь с другим мужчиной, если таковую все увидят и обмусолят, бросит темное пятно на будущее ребенка. Уверена, Рома не захочет так рисковать. Он сам подаст на развод.

— А если нет?

— Что значит — нет? — теряюсь. В моем сценарии такого развития событий не предусмотрено. — Он должен будет от меня избавиться. По-хорошему, вообще жениться на Кире и растить с ней ребенка. Он же ее любит.

— С чего вы это взяли?

Вопрос удивляет.

— Но как же? — взмахиваю рукой, — он сам так говорил.

— Кому? Вам?

— Э-э-э, нет... ей, — старательно припоминаю подслушанный разговор в больнице.

Меня Зотов всегда убеждал, что не понимает этого чувства и потому словами не

раэбрасывается. Я верила. Впрочем, как всегда.

— Каким образом Роман вами манипулирует? Чем конкретно?

Арбатов, как следователь, ловко играет вопросами. Внимательно слушает ответы. И ничем не выдает своего отношения к услышанному.

— Грозится прекратить финансирование операций четверым малышам, которые находятся в критическом состоянии. Да и попросту закрыть детский дом.

— А то, что он узнает о наших встречах? Что ему помешает оставить вас при себе, но денежный поток обрезать?"

"— Поэтому... - прикусываю губу и глубоко дышу, собираясь с силами, чтобы впервые использовать манипуляцию, — поэтому я хочу поставить одно условие в нашей с вами сделке. Я подарю вам коллекцию дяди, подпишу договор дарения, а вы дадите мне в долг естественно, под проценты и расписку, пятнадцать, миллионов. Я их верну, обещаю. Как только Роман развяжет мне руки, я выставлю квартиру дяди на продажу и рассчитаюсь.

— Хм.

Руслан Германович выдерживает паузу, за время которой спокойно отпивает кофе и даже что-то просматривает в телефоне. Кажется, он специально накручивает мои нервы на кулак, ожидая срыва.

Сижу как на иголках, но смиренно жду его решения.