Счет за счастье

Но я не звонила Кирюше! И ничего ему не говорила!

— Значит, он соврал, — пожал плечами Ерема.

— А ты не знаешь зачем? — усмехнулась Ульяна.

— Зачем? — он внимательно посмотрел на нее.

— А затем, что он хочет вернуть меня.

— Но ты его бросила. Из-за меня?

— Не льсти себе. Я бросила его из-за наркотиков. Я подозревала, что Кирюша занимается чем-то нехорошим. В универе учился, что-то продавал, к нему подходили, спрашивали. И я спросила. Он сказал, что видеокассетами торгует. У него действительно всегда были видеокассеты.

— Возможно, он и наркоту в кассетах держал.

— Не знаю, может быть. Не хочу говорить о вчерашнем дне, — мотнула головой Ульяна.

— Увы, но Кирюша все еще сегодняшний день. Пока его не найдем. Тогда и отправим его во вчерашний день, — усмехнулся Ерема.

— Что ты с ним сделаешь?

— А что тебе не жалко? Можем отрезать ему сверху, а можем и снизу.

— Это как?

— Шучу! Я не садист. И терпеть не могу насилие. Поэтому мы просто его убьем.

— Он это заслужил? — задумалась Ульяна.

— Ну, если он смог стравить нас.

— Смог! — кивнула она.

Положив-таки пистолет на стол, она повернулась к Ереме спиной и скрылась в комнате. А он остался на кухне.

Если Ульяна ушла собирать вещи, значит, она все-таки чувствует за собой вину. Значит, не все с ней чисто. Что ж, скатертью дорога…

Но шло время, а Ульяна не появлялась. Не слышно ее было, не видно. А вскоре и свет в комнате погас. Ерема не торопился, выпил, покурил, принял душ. И еще накатил. А после перекура уже вошел в комнату. Ульяна лежала на диване под одеялом, свет выключен, за окнами давно уже ночь, и не понятно, спит она или ждет. Его…

Он разделся, лег, и Ульяна пришла в движение. Она всего лишь поцеловала его в губы. Отвечал он неохотно, но Ульяна настаивала, в конце концов, смогла воспламенить его и превратить в сгусток взрывной энергии. И заставить поверить в то, что предательства не было…

И все же Ульяна могла быть засланным казачком, Ерема думал об этом все утро. Работа закрутила, сомнения улеглись, а вскоре и вовсе схлынули. А к вечеру поступила информация от Костяхи. Менты поверили Мамеду, отправили к месту захоронения людей с лопатами, выкопали трупы Флажка и Студня.

— Точно, Мишка с Димой, — вздохнул Костяха. — Своими глазами видел.

— Что Мамед? — угрюмо спросил Ерема.

— Да все как договорились, на дружков своих все валит.

— А где дружки?

— Не говорит.

Мамед и не знал, куда дели Когтя, Савана и Каху. Для ментов они скрылись из столицы, опасаясь расплаты за содеянное. Но Мамед знал, что этих троих приговорили, он мог поделиться своими подозрениями. А Когтя, Савана и Кахи действительно нет в живых. Как бы менты не подняли волну.

— Ладно, не впервой. Главное, что пацанов нормально сможем похоронить.

— А с их долей что делать? — спросил Вахлам.