Счастливая земля

 – Каждый берет ответственность, и…

Он осекся, потому что Кроньчак встал на согнутых расставленных ногах и сделал себе рога из пальца и раздвижной дубинки. Начал ходить боком и качать бедрами. Повторял:

– Чего хочешь? Чего хочешь?

– Если бы я мог спуститься, попросил бы еще раз то же самое, – ответил Бартек.

Лампы под потолком и у бара погасли. Снаружи кто-то кричал, поминая Иисуса и святых, дьявола и Марию.

9Свет вернулся. Бартек сидел на полу, Сташек трясся, а Кроньчак готовился ударить Кароля, который успел подняться и почти дошел до него. Кароль протяжно вздохнул и поднял руки к лицу.

– Похоже на то, что я единственный получил именно то, о чем просил. Слишком поздно и не так, как должно было быть. Я мог бы сказать, что сам это заслужил. Но я не мог знать. Жаловаться не на что, – сказал он и сел на пол. – Я ни о чем не жалею, кроме одного. Там всегда кто-то остается. Надо кого-то оставить. Так, как мы оставили Тромбека. Надо это наконец сказать. Так, как мы.

Я напомнил, что Тромбек остался по собственному желанию. Меня заставил замолчать справедливый хохот Сташека.

– И все же я жалею об одном, – продолжал Кароль. – Я должен затащить вниз того урода, что разрушил мою семью. Такие всегда выходят сухими из воды. Я не могу этого вынести. Затащил бы мерзавца туда, чтобы он ответил за свои дела и вернул то, что уничтожил. Я ведь не слишком многого хочу, верно? Тот старик, что пошел… Почему он это сделал? Скажите мне, почему люди делают такое? И почему даже не порядочному человеку, но просто такому, что старается, – никогда не везет?

– Ты его спрашиваешь? Он как раз не порядочный человек. Порядочные люди сами решают свои проблемы, – буркнул Сташек. – Вот, кстати, давайте вернемся к Тромбеку. Это тема и вправду интересная. Может, кто-нибудь из вас, умники, потрудится и попросит о нем? У этого тут хотя бы яйца есть, хоть и не такие, чтобы убить.

– А Тромбек-то был прав насчет тебя, – сказал Кароль.

– Зато насчет вас страшно ошибся. Мучит меня вся эта трепотня. Надо было сразу туда идти, прямо с маршрутки, только этот дурачок нас с пути сбил, – он указал на меня. Я не стал перебивать. – Вам кажется, что это вам кранты? Хрен там. Это мне кранты, так что заткнись уже со своим Тромбеком. Вы меня тут оставили.

Свет снова замигал, Кроньчак оглядывался по помещению. Сташек встал, опираясь о стену. Его рубашка стала словно бы большей. Или он уменьшился. Где-то далеко звучали крики.

– Было хорошо, и нам было хорошо, – сказал он. – Сейчас плохо, и нам плохо. Зачем к этому какую-то историю привязывать?

10Мы молчали. Сташек по-прежнему стоял у угла барной стойки и выламывал себе серые пальцы, остальные сидели у стены, я ближе всех к Кроньчаку. Я смотрел на телескопическую дубинку.